Вернулась к книге.

— Что с поиском блокнота?

— Пока ничего. Проверим чердак после ужина.

— Я пойду.

— Нет.

Я подняла голову.

— Почему?

— Потому что восточная часть крыши опасна.

— Я могу осмотреть безопасный участок.

— В темноте?

— С лампой.

— Нет.

— Мы договаривались без решений за моей спиной.

— Я говорю вам в лицо, что не позволю идти на сгнивший чердак ночью.

— Вы не можете запретить мне осматривать собственное здание.

— Могу закрыть опасную зону в рамках расследования и безопасности.

— А если там лежит украденная книжка?

— Ее найдут мои люди вместе с Даленом.

— Тогда я буду ждать у входа.

— Это бессмысленно.

— Зато вы не сможете вынести найденное без моего ведома.

Его лицо снова стало привычно суровым.

— Вы полагаете, я украду доказательство?

— Полагаю, что все находки на моей земле должны быть зафиксированы при мне.

— Хорошо. Ждете у лестницы. На чердак не входите.

— Согласна.

— Слишком быстро.

— Я умею отличать разумное ограничение от попытки забрать управление.

— Иногда.

— Чаще вас.

Чердак проверили около десяти вечера.

Дален первым поднялся по узкой служебной лестнице, закрепив вокруг пояса веревку. За ним пошли два стражника. Риан остался у проема, я — на площадке ниже.

Сверху доносился скрип досок, тихие команды и шорох передвигаемых ящиков.

Нашли старые сети, два сломанных сундука, птичьи гнезда и склад выцветших занавесок. Записной книжки не было.

Зато возле слухового окна обнаружили обрезанный кусок веревки и свежие следы на пыли.

— Кто-то выходил на крышу, — сообщил Дален.

— Сегодня ночью? — спросила я.

— Следы свежие. После вчерашнего дождя пыль у окна намокла, а сверху отпечатки сухие.

Преступник мог подняться на чердак после нападения, пройти по крыше и спуститься в восточное крыло или во двор.

Это объясняло, как он исчез, не покидая гостиницу через охраняемые двери.

— Куда ведет крыша? — спросил Риан.

— К кухонному крылу, старой мастерской и складам, — ответил Дален. — Если знать, куда наступать.

— Вы знаете.

Дален посмотрел вниз.

— Я чиню здание.

— Кто еще?

— Торен. Марта в молодости лазила. Дети иногда. Любой человек, который жил здесь достаточно долго.

— А приезжий?

— В темноте сломал бы ногу или провалился через черепицу.

Подозрение снова возвращалось к острову.

После проверки чердак закрыли на пломбу. Риан поставил стражника у служебной лестницы.

Гости разошлись по комнатам.

В главном зале продолжали спать моряки, но теперь дежурные менялись каждые два часа. Кухонное окно оставалось закрытым и опломбированным. Главную дверь запирали на засов после полуночи.

Я проверила книгу ключей.

Все выданные ключи вернулись, кроме четырех гостевых. Напротив каждого стояла подпись владельца.