И жизнь.
А потом все пошло по… и на…
Лили почти мгновенно уволилась, уехала из страны, заблокировала мой номер телефона и внесла электронный адрес в черный список.
А после наступления Нового года замгендиректора, поморщившись, уведомил:
– Ну, что же, Александр, за последние несколько лет вы показывали стабильный рост и недюжинный ум, поэтому принято решение: место начальника договорного отдела займете вы.
Когда я – злой, растерянный, нервный, несчастный и ничего не понимающий вернулся домой с этими новостями, тетушка улыбнулась, накрыла шикарный ужин.
– Вот и ладушки, не зря я с ней поговорила. Мудрая женщина Лилиана Станиславовна, да, – потерла руки и заявила мне тетя Ира, доставая шампанское. – Все она прекрасно поняла. И вот как удачно сложилось…
Именно тогда мне впервые в голову пришла мысль, что, возможно, в этот раз Ираида Самуиловна перестаралась, и вышло совсем не хорошо.
– Вдруг она как-то обидела Лилю? – от предположения я весь заледенел внутри, ибо выходило, что это не жестокая женщина меня бросила, в чем до сих пор я был уверен, а ее побег оказался уже реакцией на слова или действия тетушки.
Увы, увы, увы, умная мысль пришла в мою башку достаточно поздно, и я уже успел изрядно натупить, накосячить, напортачить и в целом проявил себя натуральным идиотом.
А дальнейшая моя жизнь, как теперь видится, стала гонкой на выживание.
Я, конечно, был неправ касательно Лили. Это если вежливо и обтекаемо сейчас сформулировать.
Ну а ежели прямо и откровенно, то повел себя, как малолетний придурок.
Мне было настолько плохо, обидно и больно, я был так зол на нее, что…
Как ведут себя глупые мальчики в тот момент, когда думают, что ими пренебрегли? Особенно если бросила та, ради которой они были готовы на любой подвиг?
Ну, что же, естественно, я начал бухать, шляться по барам и бабам.
Как дурак, да.
Причем, естественно, дичь я творил лютую и постоянно. Вообще, «гулял на все», как в последний день и без разбора. До сих пор ничего связного про тот период не помнил, даже в записной книжке крестиков не ставил. Если попытаться напрячь память, то появится просто бессмысленная, невнятная череда женских лиц, не объединенных никакими внешними параметрами, кроме легкого поведения.
Как я еще ничего занятного от них не подхватил-то?
Везунчик, однозначно.
А в тот момент, когда мне пришлось брать себя в руки и заниматься, действительно, не только работой, но и карьерой, тогда вокруг меня стало происходить дивное.
Сначала в башке внезапно появились умные мысли, и мое недавнее поведение теперь вызывало негодование и сожаления не только у тети Иры.