Солнце уже поднялось достаточно высоко и светило прямо в глаза. Ветерок принес запахи влажной травы и нагретого камня. Я усадил Минка на поросший мхом участок у самого забора, где тень от крыши давала приятную прохладу. Парень с наслаждением вытянул ноги и прикрыл глаза, вдыхая полной грудью.

В кустах неподалеку зашуршало. Рау, почуяв чужака во дворе, вылетел из зарослей серебристой молнией и замер в двух метрах от нас. Его уши встали торчком, пушистый хвост напряженно замер, а глаза-бусинки подозрительно уставились на Минка.

Зверек принюхался, забавно дергая носом и медленно обходя нас. Но вот он учуял знакомый запах, который пропитал всю кухню. Он-то и подсказал ему, кто перед ним. Рау расслабился, подошел ближе, обнюхал сапог Минка, а затем, совершенно обнаглев, запрыгнул парню прямо на колени.

Минк, который и без того смотрел на Рау с немалой опаской, распахнул глаза шире и ошарашенно уставился на пушистое создание.

— Тот самый, — подтвердил я его немой вопрос, кивнув на зверька. — Зовут Рау. Теперь он с нами.

Рау пискнул, словно соглашаясь, и перебрался Минку на плечо, где тут же начал деловито обнюхивать его рыжие вихры. Минк сначала сидел не шевелясь, боясь лишним движением спугнуть духовного зверя, а потом вдруг расплылся в широкой улыбке, когда Рау щекотнул его ухо своим хвостом.

Оставив их привыкать друг к другу, я направился к старой беседке с провалившейся крышей. Лира сидела там, подперев щеку рукой, и напряженно смотрела вдаль. Ее спина была неестественно прямой, а взгляд то и дело косился на серебристого зверька и Минка. Я присел на скамью рядом, сложил руки на коленях и тоже посмотрел на них. Чувствовал я себя в этот момент настоящим дедом, который вывел внуков погулять.

— Не переживай за него так сильно, — негромко сказал я, нарушая тишину. Хотел было добавить, что сам Марвин, осмотрев его, поручился за здоровье парня, но вовремя прикусил язык. Напоминать сестре о старом алхимике сейчас было не лучшей идеей. — Минк — парень крепкий. Вон, уже сам встал, ходит, воздухом дышит. Выкарабкается.

Лира ничего не ответила, только чуть расслабила плечи и едва заметно кивнула.

Я помолчал немного, собираясь с мыслями.

— Слушай. Ты ведь сегодня медитировала, да? — спросил я. — Это тебе помогает с Трещиной?

Она перевела взгляд на меня и спокойно пожала плечами:

— Да. Это помогает успокоить энергию в Роднике и привести мысли в порядок.

Я задумчиво потер подбородок.

— Можешь объяснить, как это работает?

Лира задумчиво поджала губы, поправила выбившуюся прядь волос.

— Думаю, да. Там ничего сложного и нет. Хочешь заняться Развитием?