В прошлый раз еепоход на рынок занял гораздо меньше времени, но сейчас солнце уже село, а еевсене было. Тишина в доме стала давящейи словно бы угрожающей.
«Неужели еедействительно похитили?» -эта мысль, холодная и острая, словно осколок льда, пронзила его сознание.
Беспокойство переросло в глухую тревогу, и он уже почти уверился в самом худшем сценарии, когда вкоридоре раздалсязвук торопливых шагов. Дверь резкооткрылась, и в комнату влетела Линь Юэ. Она выглядела взъерошенной и запыхавшейся, словно бежала всю дорогу от самых ворот.
-Ты не представляешь, что со мной случилось! -воскликнула она, нервно расхаживая по комнате.
Итут же ему все в подробностях рассказала. Ееголос дрожал от пережитого страха и возмущения, пока она жаловалась на этот безумный мир, где все мужчины ведут себя как помешанныеито пытаются наброситься, то вообще украсть.
Жун Бао молчавыслушал ее излияния, иему в голову пришла неожиданная мысль. Он считает еесумасшедшей за нелогичные поступки, странные речии неприличное поведение, аона, выходит, платит ему той же монетой. ЛиньЮэ тожесчитает чужой мир совершенно ненормальным.
Эта идея была настолько неожиданной и абсурдной, чтоон бы посмеялся, если бы мог. А затем она сказала нечто ещеболее удивительное:
-Один ты нормальный. Как хорошо, когда рядом есть хоть кто-то спокойный и надежный.
Жун Бао мысленно хмыкнул. Надежный? Он лежал здесь беспомощным бревном, не в силах даже моргнуть в ответ на ееслова, какая уж тут надежность. Оставалосьтолько признать, что эта женщина совершенно не разбиралась в людях. Но эта ее глупая наивная вера почему-то не раздражала, авызывала в грудистранное теплое чувство.
Вместотого, чтобы лечь спать,Линь Юэ опять отправиласьв свое скрытое пространство и вернулась уже с более продвинутыми пилюлями- универсальным противоядием.
Женщинапредложила дать их ему, и Жун Бао помедлил с ответом. В его теле всеещециркулировали остатки очищающих пилюль, и смешениедвух лекарств могло снизить их эффективность. Но он не знал, когда ЛиньЮэ снова сновапредложит ему противоядие и предложит ли вообще, поэтому согласился.
Женщинатут же оживилась и принялась за дело. Она аккуратно вложила ему в рот три серые пилюли, а потом некоторое время поколебалась и тоже их приняла.
Это было довольно мудрое решение. Если бы Жун Бао сам принимал что-то похожее, а не отмахивался, считая средством для слабаков и трусов, то не оказался бы в своем нынешнем жалком положении.
Ив тот момент он даже не предполагал, что совсем скоро это противоядие действительно ей понадобится.