Галилео перестал улыбаться и притих.

Я осмотрел амулеты с помощью «регента», но ничего подозрительного не заметил.

«Чисто, — подтвердил Захребетник. — Может, конечно, Цаплин что-то найдёт, но, честно говоря, сомневаюсь. Если бы с амулетами что-то было не так, этот проходимец не сидел бы так спокойно. Посмотри на него — в ус не дует. Уверен, что ты не найдёшь к чему прицепиться».

«Но ведь взорвавшийся амулет Пряхиной продал он!»

«Он. Но Пряхина в этом не признается, как сказал Алибасов, даже под страхом смертной казни. А у него таких амулетов то ли больше нет, все распродал, то ли они слишком хорошо припрятаны».

«Так поищи!»

«А по-твоему, чем я занимаюсь, пока ты тут бездельничаешь? — возмутился Захребетник. — Квартиру я осмотрел. Ничего подозрительного не заметил. Магия содержится только в этих амулетах, больше её присутствием нигде не пахнет».

«Ну или ты не чувствуешь».

«Или так, — в кои-то веки не стал спорить Захребетник. — Для меня такое слишком мелко. По-хорошему, тут надо не спеша, шаг за шагом, осматривать всё и приглядываться ко всему. Так же, как мы с тобой когда-то искали тайник в доме этого… как его… Ну, ты понял».

«Понял, — вздохнул я. — Снова искать чёрную кошку в тёмной комнате. Которой там, скорее всего, нет».

Официальных оснований для проведения обыска у меня не было. Но это ладно, тут можно выкрутиться — если бы я надеялся при обыске что-то найти. Но на довольном, чтобы не сказать торжествующем, лице Галилео было ясно написано: ничего я не найду, даже если весь дом перерою.

Взрывоопасные амулеты он, по всей видимости, хранит не здесь. При условии, что вообще их хранит, а не закупает «под заказ», для конкретных покупательниц, и тут же перепродаёт.

— Где вы приобретаете амулеты? — сухо спросил я.

Галилео поджал губы.

— Могу я рассчитывать на конфиденциальность?

— Нет, ну что вы, — съязвил я. — Как только вы дадите мне адрес, я немедленно побегу сообщать его вашим покупательницам.

Галилео наградил меня яростным взглядом — я уже понял, что насмешек над собой этот господин не терпит, — и процедил:

— У госпожи Деникиной. На Пречистенке.

Бывать в тех краях мне доводилось неоднократно.

— У госпожи Деникиной? — удивился я. — Но ведь у неё, если не ошибаюсь, мыловарня? И на Пречистенке продаются мыло и духи?

— Именно так. Но и амулеты тоже. Прошу заметить, продаются совершенно открыто, — Галилео поднял палец. — Госпожу Деникину, эту достойную женщину, совершенно не в чем упрекнуть.

— Так почему же дамы не покупают амулеты у неё? — Я никак не мог взять в толк. — Почему приобретают их у вас?