Наверное, если бы это была Святая книга, Рваный стал монахом. И природный ум, в сочетании с кротостью и трудолюбием, позволил бы убогому занять достойное место в церковной иерархии.

Но это был злой, язвительный роман об удачливом грабителе. Автор высмеивал людскую жадность, ограниченность и беспринципность, но рядом именно с этим читателем не оказалось никого, кто рассказал бы о сарказме и сатире. Мальчик понял одно — будь сильным, коварным, безжалостным.

В тот день Рваный впервые ответил на прилетевший ему в лицо конский комок. Тогда он решил отмстить. Не от обиды, которую должен был, но почему-то так и не почувствовал, а просто подражая герою книги.

Отомстил не сразу. Долго выслеживал обидчика, дождался, когда вокруг не будет свидетелей, и убил. Десятилетний мальчишка своего ровесника. Ударом крепкого кулака проломив висок. Потом обыскал карманы и нашел целых два пенни, свою первую добычу. Проделал все обдуманно, без суеты, сам удивляясь собственному спокойствию.

Потом, конечно, страх пришел — судьи в империи не любили разнообразия, предпочитая всем приговорам один — петлю. Но вот сожаления, сочувствия к жертве и уж тем более раскаяния, о которых частенько талдычил поп в местной церкви, не было и в помине.

Убийцу долго искали, но никто так и не заподозрил зачуханного урода.

Рваный оказался из породы людей, изначально одаренных не только холодным и расчетливым умом, но и природной силой, которой совершенно не мешал горб. И первая удача определила дальнейший путь.

Следующей жертвой пала проститутка, поздно ночью возвращавшаяся от очередного клиента. С ее трупа был снят кошель уже с двумя шиллингами. Этот налет готовился долго и тщательно. Трижды мальчишка позволял жертве спокойно пройти мимо, пока не уверился в отсутствии свидетелей. Удар по счастью оказался точным, а смерть — быстрой. И вновь, на удивление, никаких чувств. Лишь спокойное осознание точного расчета, принесшего хороший результат.

До четырнадцати лет Рваный продолжал вечерами веселить публику, а ночью выходил на охоту. Выискивал пьяных, одиноких шлюх, всех, кого можно было безнаказанно убить. Для этого обзавелся стилетом, сделанным из заточенного стального прута. Бил всегда в спину, в одну и ту же точку, после чего человек умирал почти сразу, не успев позвать помощь.

Хорошо спрятанный заветный кошель, снятый с несчастной проститутки, полнел, набиваясь деньгами, которыми убийца не мог пользоваться — откуда у балаганного урода, почти вещи, могли появиться свои деньги? Их можно было лишь прятать.

К тому времени окрестные мальчишки перестали его задевать, по достоинству оценив крепкие кулаки, которыми Рваный жестоко и умело действовал в любой драке, не смущаясь схватиться сразу с несколькими противниками. Обычно дело заканчивалось синяками и шишками, никому из драчунов не хотелось предстать перед судом за увечья или, не приведи Спаситель, убийство. Но однажды…