Стоп! Но в свите де Камбре простолюдину делать нечего! Интересно…
— Кажется, я вас помню. Но тогда вас зовут… — Он сделал вид, что вспоминает.
Гость в ответ улыбнулся.
— Это неважно. Вы должны были получить письмо о прибытии в город Странника. Понятия не имею, кто придумал такой псевдоним, но это я.
— Кх-м, — поперхнулся полковник. — Однако… черт возьми… минуту!
Он открыл дверцу элегантного, инкрустированного красным деревом шкафа, за которой оказался массивный железный ящик. Снял с пояса связку ключей, отворил замок и долго копался в стопке бумаг. Наконец достал большой, но тонкий конверт из плотной желтой бумаги, на котором стояла надпись: «Вскрыть при прибытии Странника».
Сломал печать, внимательно прочитал.
— Здесь сказано, что вы должны назвать число. Двенадцать.
— Четырнадцать, — ответил юноша.
— Все верно, в сумме двадцать шесть. Мне приказано оказать вам полное содействие. Желаете отправиться в Амьен, к господину де Камбре?
Гость тяжело вздохнул.
— Желаю, но не могу. Ну… если только пожать руку, не более. Господин полковник, вам следует отправить меня и моих спутников в Париж. В закрытом экипаже, под охраной дисциплинированных и нелюбопытных солдат. Адрес прибытия — улица Вожирар, особняк, отделанный черным гранитом. Он там один такой, не перепутать.
— Вожирар… это же… впрочем, это действительно не мое дело. — Де Фотельи встал и подошел к гостю. — Уверены, что не хотите вина?
— Спать я хочу, господин полковник. После массажа, устроенного местными полицейскими. Разрешите откланяться. Уверен, что в следующий раз смогу быть более любезным собеседником.
Глава 36
Карета с зашторенными окнами катит неспешно. Мягкие рессоры сглаживают ухабы и колдобины, убаюкивая пассажиров. Где-то рядом с дорогой щебечут птички, чуть поскрипывают колеса, да мягко топают кони.
Сон, лень и умиротворение. Одно плохо — душно. Казалось бы, чего проще — отодвинуть шторы, пустить внутрь веселый весенний ветерок и яркое солнце, вдохнуть полной грудью свежесть леса, аромат полевых цветов!
Нельзя.
Эскорт или скорее конвой из шести до зубов вооруженных рейтар смотрит строго не только на окрестный пейзаж, но и на эти самые окна. Чтобы, упаси господи, никто не раскрыл тайну пассажиров.
Или одного пассажира? Взрослого солидного мужчины, одетого как простой горожанин, но с прямой спиной, гордо поднятой головой и взглядом, в котором безо всяких регалий видны поколения благородных предков.
Этого да, понятно, зачем охранять, не то что его спутников — невзрачно одетую рыжую конопатую девицу и белобрысого юнца — простолюдина. Впрочем, приказ был четким: «Доставить этих троих в Париж, исключив любую возможность их контакта с кем-либо». Сам полковник де Фотельи приказал, между прочим.