— Мало! Надо больше! — с несвойственной фламандцам эмоциональностью молвил он. — Набирай не только конных, но и пеших. Придется сидеть в осаде, а там лошади не нужны.

— Думаешь, французы осадят Милан? — поинтересовался я.

— Только не Милан. Мы оставим этот город. Появились случаи заболевания чумой да и население в нем ненадежное, — сообщил он.

— Хорошо, наберу, сколько смогу, — согласился я.

— Тогда и подпишем кондотту, — пообещал Шарль де Ланнуа. — Пока размещай своих людей во дворце Сфорца. Там есть казарма на две тысячи человек. Я прикажу, чтобы вам выдавали довольствие.

Замок Сфорца, башни которого были похожи на кремлевские, находился в неприглядном виде. Им редко пользовались, потому что три года назад в одну из башен, в которой был пороховой склад, попала молния. С тех пор хотя бы крупица замка есть в каждом дворе города. Недавно в сохранившихся помещениях сделали генеральную уборку и поставили двухъярусные сплошные нары в три ряда, застеленные свежей соломой, еще пахнущей летом. Лишь малая часть первого была занята сотней неаполитанских арбалетчиков, служивших ранее на военных галерах. Им, кстати, платят по пять флоринов, как и аркебузирам. Я приказал своим людям располагаться в третьем ряду, подальше от них, чтобы меньше было стычек. Сейчас нас втрое меньше, и неаполитанцы могут воспользоваться этим, а потом станет больше, и им все припомнят. Чтобы это не случилось, я предупредил командира сотни, что скоро прибудет пополнение.

29

Как и сказал главнокомандующий Шарль де Ланнуа, Милан защищать не стали. Имперская армия оттянулась на юг. Главные силы ушли в Лоди. В этом городе после изгнания французов из Ломбардии провели чистку, рассчитались за убийство второй роты Черной банды. С тех пор там живут только лояльные Священной Римской империи. Несколько отрядов были распределены по другим городам. Мой в количестве трехсот тридцати шести человек был отправлен в Павию. Я вез в дубовом сундуке с внутренним замком и бронзовыми углами и рукояткой четыре тысячи двести золотых флоринов — жалованье моим подчиненным за два месяца вперед, которое должен выдать только по истечению всего срока. Все аркебузиры это знают и охраняют сундук и заодно меня, как зеницу ока. Двадцать процентов от этой суммы принадлежат кондотьеру, то есть мне. Оказывается, это очень выгодный бизнес, если, конечно, рассчитаются, что случается редко. Именно поэтому тем, кто очень нужен, как ранее швейцарцам, а теперь вот аркебузирам, платят вперед.

Павия — средний по местным меркам город на берегу реки Тичино, бывшая столица лангобардов. Стены разной высоты, от четырех метров вдоль берега реки до восьми с противоположной стороны. Через реку перекинут крытый каменный мост из семи арок. По обе стороны его по четырехугольной башне высотой метров двенадцать. Дома в городе каменные, улицы мощеные. Много цветов. Ритм жизни медленный, провинциальный. Вся лишняя энергия уходит на болтовню. Вести разговор из окна в окно через улицу — в порядке вещей. Могут подключиться все желающие, если способны вставить хоть слово в беспрерывный и бесконечный словесный понос.