— Ну что, Артем, — сказал он, садясь за стол и помешивая ложечкой в кружке с чаем, куда перед этим бухнул какую-то невообразимую порцию сахара. — «Пересвет» починил движки, которые мы пожгли, и готов стартовать обратно на Землю. Я забираю всех пленных — Родригес, Фуэнтеса и Салливана плюс этих двоих — Соболеву и Жарова. Ну и наших спасенных, конечно. «Норильск» уже здесь, так что без поддержки вы точно не останетесь, тем более что их реактор и так запитал вам часть базы до окончания ремонта. Ты как, справишься?

Новиков помолчал, глядя в чашку. Потом пожал плечами и улыбнулся.

— А какие есть варианты? Постараюсь, — ответил он. — Все равно деваться некуда. Надо продолжать работать. За меня никто этого не сделает, так ведь?

Громов задумчиво кивнул, соглашаясь. Потом, чуть помедлив, добавил:

— Послушай… Есть один вопрос, который для меня пока что так и остался без ответа. Что сильнее всего помогло продержаться так долго? Я видел эти ваши баррикады, ловушки, оборону, которая выдержала штурм элитного спецназа. Но ведь было же что-то главное?

Артем медленно поднял голову и посмотрел полковнику прямо в глаза. Он вдруг понял, что в его голове, наконец, созрел ответ на этот вопрос, который он постоянно задавал сам себе.

— Да все очень просто. Я вам еще тогда, сразу после боя сказал, что мы не хотели умирать, — сказал он. — Это да, было такое. Но главное, товарищ Громов…

Новиков помедлил. Полковник, прищурившись смотрел на него, ожидая ответа.

— Главное — это вечная надежда на три русские заветных вещи.

— Это какие же?

— «Авось», «небось» и «как-нибудь», какие же еще!

Михаил Громов расхохотался. Смех у него был раскатистый, открытый — так смеются честные люди, которые и радоваться умеют открыто, без зависти. Потом он кивнул и протянул руку для прощания.

— Да уж. Действительно, с такими вводными победа вам была обеспечена! Что ж, удачи тебе, Артем. Если что — мы на связи.

10

За день до отлета «Пересвета» и оставшихся наемников с «Президента Картера» (шаттл Альянса, взорванный «барсами», навсегда остался ржаветь на Марсе, а вот кораблю повезло больше — его просто блокировали на орбите и заставили экипаж сдаться) прошла пыльная буря, но сейчас над базой «Королев» в зените стояло холодное тусклое солнце. Артем и Елена стояли на смотровой, откуда открывался вид на взлетную площадку, и смотрели, как десантный катер поднимается в небо, оставляя за собой двойной след от двигателей.

— Ну вот, теперь точно, все, — сказал Артем, провожая взглядом удаляющуюся точку. — Теперь мы снова одни. Есть новая команда, конечно, но все равно… С «барсами» было как-то спокойнее.