Артем кивнул, хотя в тот момент еще не до конца осознавал, что именно произошло. Только позже, лежа в своей каюте и глядя в потолок, он понял: он впервые в жизни оказался в ситуации, когда от его действий зависела жизнь другого человека. И он справился. Это осознание пришло внезапно — будто на плечи легла невидимая, но ощутимая ответственность. Ответственность за тех, кто рядом.

Через месяц, уже после возвращения в университет, Артема вызвали в деканат и там вручили грамоту от Министерства энергетики — «За высокий профессионализм и мужество, проявленные при предотвращении аварийной ситуации и спасении жизни человека». Он положил эту грамоту в папку с документами и показал только отцу, но сам знал: это было первое настоящее испытание. И он его выдержал. Отец долго смотрел на грамоту, потом спросил:

— Михалыч, значит, сказал, что толк будет?

— Да.

— Значит, и правда будет. Этот старый волчара врать не станет. Нюх у него такой, что… В общем, ты молодец, сын.

5

С Мариной они познакомились на четвертом курсе. Она училась на факультете экономики и управления, совсем в другом корпусе, но их пути пересеклись в университетской библиотеке — Артем искал литературу по геонавигации, а девушка сидела за соседним столом, с головой обложившись учебниками по логистике. Он попросил у нее ручку — своя вдруг куда-то закатилась, — и так, слово за слово, молодые люди разговорились. Марина оказалась веселой, остроумной, с легким характером и удивительной способностью видеть в людях только хорошее. У нее были светлые волосы, серо-голубые глаза и улыбка, от которой у Артема внутри все переворачивалось. Они начали встречаться, и вскоре Артем понял, что влюбился по-настоящему, впервые в жизни.

Два года пролетели как один счастливый день. Жили в одной комнате общежития (как Новиков сумел договориться с комендантом — история отдельная), гуляли по набережным Обского моря, ездили на Алтай, строили планы на будущее. Марина мечтала о своем большом доме, о детях, о семейной жизни. Артем слушал ее и согласно кивал, но в глубине души знал, что его планы совсем другие. Знал — и все-таки надеялся, что все как-то само собой образуется, и не придется начинать неприятный разговор. Новиков совершенно не представлял себя в офисе с девяти до шести, не хотел тихой и спокойной жизни. Нет, он хотел работать на пределе, рисковать, добывать нефть там, где другие не могут. И когда на пятом курсе ему предложили подать заявку на участие в марсианской программе, он, не раздумывая, согласился.

С Мариной поговорили тем же вечером. Они сидели в маленьком кафе на берегу Обского моря, за окнами шумел ветер, по воде бежала рябь, и солнце, клонившееся к закату, окрашивало все в золотисто-розовые тона. Артем долго не решался начать, но Марина, почувствовав его напряжение, сама спросила: