— Леди Черная Хозяйка… Я тут… это… Как вы узнали⁉

— Я на своих землях знаю все, — сказала я важно, внимательно озираясь, но не замечая ничего подозрительного. Чего он так испугался, что натворил? — Сам расскажешь или мне придется?

— Они хотели увидеть Черную Хозяйку поближе, — опустив голову, повинился Перс. — Предлагали взамен ведро почти новое, нашли где-то. А я ведь видел, как вы утром искали для глины и рухлядь всякую собирали, подумал, ну пригодится нам ведро…

Что значит наследственность.

— Молодец! — огорошила я бледного Перса, который, похоже, ожидал проклятия на свою голову, так ее повесил. — Хвалю за предпринимательскую жилку. Бери все! Кривое, косое тоже бери, у нас ведь действительно ничего нет. Ни дуршлага, ни терки! Вон смотри, видишь там трава с желтыми цветочками? Это горчица, и часть ее уже созрела. Давай так, ты договаривайся о цене за представление, а я завтра утром выйду и буду вот тут собирать эту опасную растительность для страшного черно-магического ритуала.

— Правда⁈ — обомлел Перс, а глаза так и засверкали. Мальчишки, что сказать.

И тут мы увидели торжественную процессию, двигающуюся в нашу сторону. Возглавляла ее белая коза, которая тащила на веревке сияющую Арду. Зарен тоже выглядел довольным, а Рест с двумя парнями несли клетку с курицами. Светло-коричневые куры в белую пестринку, с куцыми хвостами и розовыми гребешками. Мне показалось, что я в жизни своей ничего красивее не видела. Яйца! Живем!

Домашняя живность произвела фурор. Привязанная к дереву коза, тут же названная Милкой, потому что у Зарена любимую козу звали именно так, щипала траву, шевелила длинными ушами, трясла бородкой и странным образом излучала вокруг мирные флюиды. Как будто все хорошо. Как будто мы не кучка нищих без нормального крова над головой, которые вот только что на вырученные от рыбы последние деньги снова купили хлеба и крупы, а больше ни на что не хватило.

— Леди Черная Хозяйка. Я почищу рыбу. И есть буду. — Замогильным голосом известила Арда, не сводя глаз с блеющей покупки. — И сено пойду заготавливать. Меня в этом мире больше ничего не держит, что мне терять?

— А это… Вчера как бы и не сказали, что кормить за работу будут. Так-то мы тоже можем. Что там, копай да копай. — Подошедшие мужики из тех, что сразу не рискнули влиться в наш коллектив, видимо, тоже были сражены домашним видом козы.

И дни замелькали. Вслед за Ардой, рыбу начала есть Нирка. Вслед за Рестом потянулись мужчины, и мне пришлось каждого постучать по плечу и торжественно позволить рыбачить в озере. Потом я разрешала собирать хвойный опад и косить траву. Дрова для костра все тридцать с лишним человек тоже без моего позволения собирать отказывались, и под конец, проводя надоевший ритуал, мне уже очень хотелось не похлопать веточкой, а врезать поленом.