— Никогда это не вспоминай! Никогда!
Глава 4
Больничная карта пациента в Хранилище отличается от обычной длинным идентификационным номером там, где положено быть имени. Еще есть цепочка, пристегивающая карту за стальное кольцо к стеллажу, и фото на тот случай, если идиоты-студенты решат пошутить и поменять пациентов местами. Зачем это делать — не ясно, но я на всякий случай всматриваюсь в лица, когда работаю со своими.
Под кожей пациента вшит чип, позволяющий вызвать личное дело на электронный планшет, однако электроника есть только у местных докторов, нам она не положена. Студентам хватит больничных карт — пожелтевших листов внутри обложки из старого картона, стянутого тканевыми стяжками из разошедшихся от времени нитей. Где-то на верхних ярусах Хранилища у пациентов карты свежие, без следов от частого открывания и закрывания, но нам таких не доверяют.
Старая карта — означает, что пациент лежит уже очень давно. В юридическом смысле он уже умер, родственники вступили в наследство. В практическом же — человек находится в Хранилище, потому что не может быть вылечен здесь и сейчас. Сам он выжить не сможет, подключать к нему аппараты жизнеобеспечения дорого и бесперспективно. А энергомедик может удержать тело в «остановке» неограниченно долго — остается только подновлять эффект время от времени, запуская в подвалы студентов для практики.
Это не морг, не ад, не чистилище, но первое время сильно давит на голову — многоярусные стеллажи с телами и картонными папками возле головы, скрежет приставных лестниц… Тут, вдобавок, прохладно, и свет работает по датчикам движения — поэтому коридоры почти всегда прячутся в темноте и кажутся бесконечными. Иногда во тьме чудится какое-то движение, видится потустороннее сияние чьих-то глаз, и пространство Хранилища облетает крик студента-первогодки. И это им еще заранее объясняют, что покой пациентов сторожат десятки, если не сотни котов — но все равно атмосфера внутри такая, что с непривычки люди получают свой первый седой волос. Хотя даже сейчас, на третьем курсе, я должен признать — жуткое место.
Иногда родные, выждав определенное время, отказываются от продолжения жизни родственника — максимальный срок не ограничен, но если при жизни составлены документы, то имеют право. Иногда сами люди требуют, чтобы им дали помереть спокойно и не помещали сюда ни при каких обстоятельствах. Но большинство готово держаться до последнего за шанс когда-нибудь оказаться под солнцем — если лечение неизлечимой ранее болезни окажется найденным. После излечения их ждет страховка и помощь государства, так что голыми и бездомными не останутся.