Ему снова нужно было в город. И ему нужны были пассажирские места в кабине.
Потому что ему успели шепнуть, в какую больницу отвезли Сеятеля и катапультировавшуюся вместе с ним Эффу Сойер. Еще шепнули, что беспокоиться не о чем — ни Эффу, ни Сеятеля не будут проверять дотошно — гонки нередко происходили с «нарушением негласных правил» — энерговоды, фокусирующая восприятие химия… И чтобы не случилось скандала, иногда надо просто закрыть глаза — дать молодости самой исправить последствия жесткого катапультирования. Общеукрепляющие, постельный режим — и на выписку. В госпитале люди понимающие.
Майора Сойер он знал — и она знала его. В свое время, организация помогла ей с работой — хоть та и не просила, но «ветераны» с некоторых пор старались показаться на глазах у всех новых отставников. Старались действовать массово — денег хватало — а чувство благодарности у человека имеет долгую память.
Сейчас это могло спасти ситуацию. И да, мистер Хайни тоже нарушал главное правило игрока в шахматы, вступая на доску — но никому другому майор доверять не станет.
Разумеется, она выживет. Свои должны жить.
«Сатгард» мягко оттолкнулся от поверхности и заложил маневр в сторону центра.
Взгляд невольно остановился на циферблате обзорной полусферы гравилета.
— Минус четырнадцать часов.
Глава 10
Верхняя одежда нашлась тут же, в палате — внутри тумбы возле окна. Не вся целая, правда — кофта оказалась разрезана сверху донизу. Когда приехала настоящая скорая помощь — никто не стал тратить время на стягивание ее с моей бесчувственной тушки, чтобы добраться приборами и датчиками до грудной клетки. Рубашку вот расстегнули, все пуговицы на месте. А и снесли бы — не велика проблема пришить обратно.
Оделся потихоньку — Эффа из палаты на какое-то время пропала, торопиться некуда. Выглянул в окно — второй этаж, парк с ухоженными тропинками и скамейками. Где-то вдали мелькают огоньки — обычные машины неспешно едут по улицам. Не всем нравится летать.
По уму, нам бы выписаться — с отметками врача, подписями и всем прочим. Но проваляться до времени, когда решат, что точно здоров — можно неделю или даже месяц. А спасать кота надо немедленно.
В любом случае, единственное, чем грозит подобный побег — это суровым исключением из числа больных. То есть что выписка, что самоволка — приведет к похожим результатам. Впрочем, к утру можно будет вернуться — жилья в городе своего нет, а перейти домой пока не могу все равно. Так что отлежаться на чистых простынях забесплатно — самое милое дело. Только дверь надо как-то испортить, чтобы не закрывалась.