— В любом случае, появление их здесь странно. Если они не знали о существовании Миролюба, то наверняка прибыли издалека.

— А если знали?

— Тогда к чему вся эта конспирация? Мы же никому не отказываем в помощи. А земли сейчас столько свободной, что делить её нет никакой необходимости. Зная о нашей политике, враждебные намерения могут испытывать только бестолочи, типа вчерашних налетчиков, ну, или такая силища, которая решит отстроить страну заново. Я сам в такую версию не верю.

Максим вытащил «портсигар», погладил самокрутки пальцем, и снова убрал. Бойцами отряда его внутренняя борьба не осталась незамеченной.

— А давайте одну сигарету паровозиком по кругу пустим? У меня уже мозги набекрень от напряжения.

— Ладно, давайте, — Максим вытащил свою самокрутку, которую скрутил на ручной машинке для набивания сигарет.

Прикурил ее, сделал глубокий вдох, задержал и выдохнул дым в рот Василию, а сигарету передал другому бойцу. Так, экономя дым, можно было с одной самокрутки поднять настроение целому отряду. Сигареты хватило на две затяжки каждому, или на четыре вдоха. Для тех, кто не ходил во «внешку», процедура экономного раскуривания сигареты одним отрядом выглядела отталкивающе, но для бойцов это было обычным делом. Маленький окурок, обжигающий губы, «похоронили» во влажную лесную почву.

Напряжение спало. Освободившийся от чрезмерного давления мозг заработал с большей производительностью. Правда, за любую компенсацию приходилось расплачиваться здоровьем, либо постэффектами, усиливающими воздействие «черного спектра». Максим рассчитывал так, чтобы «похмелье» приходилось на время сна. Он надеялся до наступления сумерек нагнать людей, оставивших следы, выяснить их опасность, а возможно, и понять их намерения, но действовать собирался на следующее утро.

Отряд двинулся дальше. «Волокуша» чертила для них тропу в старой листве, делая навыки следопытов ненужными. Люди, тянувшие ее за собой, обходили неровности, выбирая ровные участки. Максим сделал вывод, что груз был тяжелым и объемным. По всей длине полосы, оставленной волочением, по бокам, на равном удалении от тропы виднелись следы. Люди придерживали или страховали груз от переворачивания.

Во всей этой схеме имелось слабое место. Люди как будто лезли в лесную чащу прятаться, но при этом не скрывали своих следов.

— Отряд, стоп, — скомандовал он негромко.

Василий чуть не наткнулся на него. Выглядел он как сонная муха, позволив себе задремать на ходу.

— Что случилось, командир? — спросил он, непонимающе вращая глазами.

— Пока ничего. Только не нравится мне больше эта тропинка. Выглядит так, будто заманивает нас в ловушку.