— Предположения есть, зачем эти вышки?

— Ну, я слышал, что хотят сделать пояс из них, вокруг «черной зоны».

— Странно, зачем это мертвое место кому-то понадобилось? Туда и так никто не ходит.

— Вроде кто-то ходил и вернулся, и после этого началось копошение.

— С каждой минутой становится все интереснее и интереснее. Мне надо поговорить с вашим капитаном, — Максим взял рацию. — Капитан, время на исходе. Что решил?

Рация не ответила. Это могло означать только одно: капитан решился напасть.

— Василий, свяжи их, отведи на дно балки и присыпь листвой, чтобы в глаза не бросались.

Пленные испугались, решив, что так иносказательно им огласили смертный приговор.

— Да никто вас убивать не собирается, по крайней мере, пока. Лежите тихо, потом договорим.

Максим огляделся, нашел место, откуда хорошо просматривался свой отряд. На его автомат был установлен оптический прицел, удобный для боя в лесу. На короткой дистанции автомату хватало точности для прицельного огня. Патроны надо было экономить. К тому же оптика хорошо помогала для выслеживания маскирующегося врага. Линза прицела собирала больше света, делая картинку чуть светлее, чем она воспринималась невооруженным взглядом.

Десять минут прошли в томительном ожидании. Максим решил снова попытать счастья, связаться с капитаном. Не успел он нажать кнопку связи, как рация выдала какой-то нестерпимый для слуха свист. Максиму хватило доли секунды понять, что это тактическая уловка. Он бросил рацию от себя, назад. Тут же лес наполнился трескотней выстрелов. В ствол дерева ударились пули, подняли в воздух фонтаны желтой листвы. Максим вжался в землю и полез прочь от места, на котором его вычислили.

Ответный огонь притушил первоначальный запал противника. Его бойцы стреляли редко, короткими очередями, либо одиночными. Видимо, с той стороны опыта ведения современного боя не хватало. Они патронов не жалели. Максим нашел новую позицию, ложбинку, похожую на бруствер, с сектором обстрела. Занял ее, но стрелять не спешил, вычислял вражеские огневые позиции. Капитан должен был как-то обозначить себя, командуя неопытными бойцами.

За старым дубом, растущим на склоне, стоя во весь рост, прятался боец, поливающий огнем без страха из своего автомата. Это был стиль новичка, которому казалось, что в бою в первую очередь надо попасть во врага, а не получить от него пулю. Его стоило научить современной тактике. Максим выстрелил в край ствола, прямо на уровне оружия. От неожиданности боец отшатнулся от ствола, выставив корпус, чем Максим не преминул воспользоваться. Пуля вошла стрелку в ребра. Боец упал как подкошенный. Его было жаль. Максим прочитал про себя молитву, которую придумал сам, прося прощения у Бога за свой поступок, и желая, чтобы рана, которую он причинил, оказалась не смертельной. Он никогда не радовался смерти врага. Люди убивали друг друга незаслуженно, из-за глупой уверенности, что иным способом проблему не решить.