Толик прошел к ближайшему дому, во дворе которого находился сарай. Пес, сидящий на цепи у крыльца, не проявил к нему никакой агрессии, самозабвенно грыз белую кость. Он вошел в дом, и сразу отметил, что в нем не пахнет жилым, или, правильнее, съестным. Осторожно открыл дверь из веранды в дом и заглянул внутрь. Тихо. Зашел в дом. Прошел мимо кухни, спальни, и оказался в зале. Он оторопел от неожиданности. Здесь были люди. На полу лежал мертвый Митяй в той же грязной, но уже окровавленной одежде. Вокруг него сидела семья, жена и трое детей. Находились они в каком-то шаманском экстазе. Они все сидели на коленях, поджав ноги под себя. Их лица корежило, как у наркоманов под синтетической дурью, глаза закатывались под лоб. И здесь чувствовалось присутствие тьмы. Она пряталась в каждом уголке, под креслами, за диваном и телевизором.

Лица женщины и детей в некоторые моменты превращались в маски, скрывающие под собой истинную суть местных жителей. Будто они не были теми же людьми, к которым относился Толик. Маскировались, чтобы не вызывать отторжения при первом контакте, либо сами еще до конца не поняли, что уже не являются прежними. Толику стало страшно в этом месте. Тьма мгновенно уловила его настроение и посмотрела ему в глаза через взгляд ребенка. В нем была засасывающая бездна ледяного страха, которому было сложно сопротивляться.

Усилием воли Толик закрыл глаза и бросился из дома. Он удачно миновал все дверные проемы и только на улице позволил себе открыть глаза. Товарищи уже стояли у ворот.

— Что ты видел? — спросил Максим, поняв по выражению лица, что рассказать есть о чем.

— Егор был прав, у них тут какой-то ритуал, — Толик вытер выступивший на лбу пот. — Валим отсюда.

Валить решили в ту сторону, откуда пришли, чтобы не потеряться. Хотели забрать свое оружие, но не нашли его. Бежать с голыми руками было рисково, но оставаться в этом месте, похожем на пристанище сатанистов, было намного рисковее. К счастью, по дороге попалась небольшая одноосная повозка, как будто для запрягания пони. В нее уложили Макара, и на рысях двинулись за околицу.

Удивительно, но место, похожее на то, по которому они сюда пришли, найти не удавалось. Пришлось плюнуть на бесплодные попытки и просто поскорее убежать подальше. Дорога вела на небольшое возвышение. Чтобы забраться на него поскорее, пришлось впрягаться в телегу по двое. Максим игнорировал боль в груди, думая только о том, как убежать подальше от этой проклятой деревушки.

Когда отряд забежал на вершину и им открылся вид вниз, он невольно остановился. Прямо перед ними лежала копия той самой деревушки, из которой они сбежали. Позади тоже была эта же деревня, но выглядела она в настоящий момент как тающий мираж. Казалось, еще десяток шагов от нее — и она полностью растворится в воздухе.