— Пойми, если мы присоединимся к другой общине на их условиях, то и жить будем по их законам. Тогда тебя на пушечный выстрел не подпустят к Миролюбу. Подумай.

Максим усмехнулся.

— Да, Алла, страшно представить, кем бы вы были, не случись эта катастрофа. Вижу, как вам нравится манипулировать людьми.

— Мне не нравится, Максим, манипулировать ими, мне нравится, когда они сами доходят до всего, что от них требуется.

— Это почти одно и то же. Вам нужен результат, который устроит только вас лично.

— Без меня вся организация пойдет прахом, — Алла повысила голос, словно эта тема у нее наболела.

— Надорветесь когда-нибудь тащить такой груз.

— Не твоя забота, Макс. Ты вообще хочешь повидаться с семьей или нет?

— Хочу. Простите, что был резок.

— Так-то лучше. Садитесь в машину и не открывайте глаза, пока не скажу.

Макар и Максим сели в салон автомобиля. Ехали они несколько минут. Максим знал каждую кочку и поворот на подъезде к общине, поэтому даже с закрытыми глазами понял, где оказались, когда машина остановилась. Это была околица, рядом с берегом водохранилища, где находилась граница воздействия черного спектра.

На берегу, в который ударялись невысокие барашки волн, стояла группа детей. Рядом с ними взрослый учитель в очках размахивал руками, показывая то на прикрывающий от излучения зонт, то на воду, проводя какие-то аналогии между ней и излучением. Он поднял указательный палец вверх. Дети замерли. Учитель ткнул в кнопку, отключающую подачу тока. Несколько секунд ничего не происходило. Затем дети начали волноваться, озираться, смотреть по сторонам испуганными глазками.

У Максима вспотели ладони. Он увидел Веронику, удивленно разглядывающую надвигающуюся панику среди детей. Начались крики и попытки сбежать с урока. Учитель, человек крепких нервов, ждал до последнего, пока ситуация не стала похожа на неконтролируемую. Максим уже хотел вмешаться в процесс, но учитель снова включил «зонтик». Дети успокоились не сразу. Долго смотрели вокруг себя напуганным непонимающим взглядом.

— Это как-то… по-спартански, что ли? — оценил он образовательный процесс. — А если бы не успел, или кнопка заела?

— Он опытный педагог. У него не было ни одного случая исчезновения.

— Вот и дело-то, что педагог. А у других что, были? — спросил Макар.

— К сожалению, — Алла вздохнула. — А ты заметил, что твоя Вероника не очень-то и испугалась, — обратилась она к Максиму.

— Да, заметил. Это странно. Она вроде совершенно обычный ребенок.

— Среди детей начинают попадаться резистивные к черному спектру. Видимо, она одна из них, — заметила Алла. — Лет через сто никто и понятия не будет иметь, что есть какое-то излучение. Все будут такими устойчивыми.