— Папа, я видела красный свет, — сообщила она с придыханием.

— Ты не испугалась? — Маша обняла дочь и заглянула ей в глаза. — Экспериментаторы хреновы.

— Мам, нет, совсем не страшно было. У папки там красиво, вот как сейчас, — она показала рукой на алеющий закат. — А ты что видел?

— А я увидел зеленый пар и нашатырь. Он как будто привел меня в чувство, — Максим отмотал время вспять, чтобы в памяти воспроизвести ощущения. — Пробуждение. Вот на что это было похоже.

— Вы теперь оба меня пугаете, — призналась Маша. — Вероничка, ты там особо не болтай в школе, что можешь вот так смотреть папке в глаза, а то будут дразнить оборотнем.

— Ладно, не буду, — пообещала дочь и отвлеклась на созерцание куклы.

— В странное время живем, — резюмировал Максим. — Оборотни, ретрансляторы, спектры… Как в сказке. Дед как?

— Нормально. На погоду иногда жалуется, что плечо ноет, а так скачет, как молодой.

— Привет ему.

— Передам. Будет рад.

Они поболтали еще с полчаса обо всем и разошлись. От встречи остался более теплый осадок, чем в прошлый раз. К тому же Максима впечатлили способности дочери. Это было что-то новенькое. Человеческая природа искала способы подстроиться под изменившуюся действительность, и находила.

Они с Макаром не стали отправляться домой в ночь. А утром их посадили на чадящий драндулет, в кузове которого лежали несколько цинков с патронами, гранаты и даже один РПГ с тремя кумулятивными зарядами. Машина довезла их до поселка, чему они были несказанно рады. Тащить на себе десятки килограммов веса совсем не хотелось. Подобный щедрый знак внимания следовало воспринимать как аванс за выполнение задания.

Толик и Кайрат, оставшиеся на хозяйстве, перепугались, когда возле их дома остановилась машина, и заняли огневые позиции на чердаке.

— Все нормально! — выкрикнул Максим, предвидя подобную реакцию. — Это мы!

Бойцы из общины уважительно рассматривали огород и сад, поддерживаемые в идеальном состоянии, пока их бывшие коллеги разгружали боеприпасы. Им было, что рассказать дома, и, наверняка, этот рассказ мог снизить градус недоверия к Максиму и его товарищам. На прощание бойцов покормили тушеной кабанятиной, подарили три больших тыквы, выращенных на огороде, и бутылку виски, найденную в подвале одного из магазинов, чем здорово растрогали суровых мужиков.

После того, как они уехали, Максим посвятил в детали предстоящей операции Толика и Кайрата.

— Отвык я что-то ночевать на улице, — признался Толик и поежился, живо представив ночевку в палатке. — Размяк.

— Я понимаю, все мы тут принцессами стали, сам не хочу никуда идти, но надо, — Максим решил, что Толик согласится, как всегда вначале побурчав.