Вот так всегда. Тепло, вокруг океан, а я не захватил с собой любимые шорты…

Я открыл внешнюю дверь шлюза и увидел троих спецназовцев в тяжелой броне, которые стояли метрах в двадцати от корабля и целились в меня из плазмоганов. Спецназовцев сопровождал целый выводок наземных боевых дронов, еще пять висели в воздухе, и, несомненно, тоже целились в меня.

На секунду у меня появилась шальная мысль продать свою жизнь, как можно дороже. Все дроны волшебник взломать бы не успел, но хватило бы и нескольких, чтобы устроить на посадочном поле небольшой филиал кровавой бойни. Правда, тренированные спецназовцы снесут меня первым же выстрелом, но потом-то им все равно будет невесело…

Однако, пока у меня оставались хотя бы призрачные шансы выбраться из всего этого живым, и я поднял руки, демонстрируя всем наблюдающим, что я сдаюсь и не собираюсь доставлять неприятности.

Три воздушных дрона подлетели ко мне и зависли у меня над головой.

— Брось оружие, — донеслось из динамиков.

— У меня нет оружия, — сообщил я и помахал поднятыми над головой руками.

— Мы фиксируем повышенную концентрацию неорганических элементов и электроники.

— Видимо, дело в моей правой руке, — пояснил я. Видимо, сканеры у них не слишком чувствительные, раз не смогли в этом разобраться. — Это высокотехнологичный протез. Я — человек плюс.

Волшебник сообщил, что дроны подвергли меня дополнительному сканированию.

Щелк.

Волшебник отправился отдыхать. Вокруг было слишком много недружелюбных людей с оружием, и профиля, который мог бы помочь в такой ситуации, даже в «Кэмпбелле» еще не придумали.

Из-за десантного транспорта, стоящего в соседней посадочной клетке, вывернуло два шаттла в пустынном камуфляже. Из одного выбрались еще двое спецназовцев, из другого — трое технических специалистов, которые займутся досмотром корабля.

Что ж, желаю им удачи.

Новоприбывшие спецназовцы подошли ко мне, завели мои руки за спину и защелкнули на них силовые наручники. Действовали они аккуратно, можно даже сказать, нежно.

— Бить будете? — поинтересовался я.

— Наверное, следовало бы, — сказал один из них. Его лицо было полностью скрыто поляризованным щитком шлема, так что я понятия не имел, сколько ему лет и как он выглядит. — Для порядка.

— Порядок должен быть, — хихикнул я. — Простите, это истерическое. Когда я выбирался из-под удара Кочевников, я совсем не ожидал, что на родной планете меня встретят вот так.

— Начальство разберётся, — сказал спецназовец с твердой уверенностью человека, что выше него есть кто-то неизмеримо опытнее и умнее, кто точно знает, как быть и что делать.