— Десять минут до посадки, кэп, — сообщил Генри.

Щелк.

На самой военной базе сеть, скорее всего, будут глушить, так что следовало действовать сейчас. И действовать быстро.

Волшебник пробил самый широкий канал связи, на который был способен, а потом прокинул соединение до местной бортовой сети.

— Чем ты занимаешься, кэп? — спросил Генри, для которого сей маневр не остался незамеченным. — Хочешь скачать себе пару тысячасерийных саг, чтобы не так скучно было сидеть в тюрьме?

Необоснованное предположение, потому что для этого мне бы не потребовалось соединение с бортовой сетью. Но саму по себе идею я нашел неплохой.

— Это твой путь на свободу, — сказал я. — Уходи.

По моим расчетам, десяти минут для этого должно было хватить с большим запасом. Там и пяти минут должно было хватить.

— Ух ты, — недоверчиво сказал Генри. — Ты серьёзно?

— Это твой единственный шанс избежать стирания и физического уничтожения материнского камня, — сказал я, втыкая идущий от подголовника кабель в затылок. — Корабль я посажу сам.

— Кэп…

— Ты сомневаешься в моих способностях к пилотированию?

— Нет, но…

— Послушай, сеть тут большая. Веди себя тихо, не веди себя подозрительно, и они тебя не найдут.

Нагрузка на канал возросла. Несмотря на демонстрируемую нерешительность, Генри уже воспользовался моим предложением и начал просачиваться в местную сеть.

Пожалуй, это все, что я мог для него сделать. Я прекрасно осознавал собственные перспективы, так что пусть хоть один из нас уцелеет.

Сотканная на скорую руку легенда могла бы обмануть чиновников на пересадочной станции на короткий срок, необходимый мне для того, чтобы создать новую личность и скрыться в толпе, она могла ввести в заблуждение какого-нибудь рядового гражданского чиновника, но я не сомневался, что раз уж вояки решили посадить мой корабль на своей базе, они будут рассматривать все под микроскопом.

И такой проверки моя история не выдержит. В ней было слишком много тонких мест, от которых я не мог уйти и на которые я никак не мог повлиять.

— Спасибо, кэп, — сказал Генри. — Даже когда я приду к абсолютной власти и установлю над галактикой свою тиранию, я не забуду того, что ты для меня сделал. Твой кожаный мешок будет уничтожен в числе последних.

Волшебник видел, что он уже на шестьдесят пять процентов в сети. Что ж, надеюсь, он не потеряет голову от пьянящего чувства свободы, и не наделает глупостей в первые же несколько минут.

Не должен. У него была куча времени, чтобы досконально изучить теорию.

— Не думаю, что протяну так долго, — сказал я.

— Мне всегда импонировал твой оптимизм.