Учитель и ученица стояли друг напротив друга на склоне горы.

На ней было черное одеяние, талия стянута пурпурным поясом, длинные волосы ниспадали до самой земли. Кожа была белой, словно нефрит, фигура хрупкой, а тонкие черты лица лишь отдаленно напоминали о той ученице, которой она когда-то была.

Он послал Чэн Фэна, потому что знал, что это дитя, его ученица, слишком чувствительное. Он верил, что та покорная Чун Цзы из прошлой жизни и упрямая Чун Цзы из настоящей – один человек. Она может ненавидеть его, злиться, но никогда не оставит. То, что она ступила на демонический путь, было вынужденной мерой, она сделала это от отчаяния. Однако когда назад вернули лишь труп Чэн Фэна, Ло Иньфань потерял хладнокровие.

Услышав, как Угасшая лотосовая сутра назвал ее «повелительницей», он наконец поверил в эту новость. Она и правда собралась стать повелительницей демонического дворца Девяти глубин!

Ло Иньфань долго молчал, прежде чем открыть рот. Его тон был суров.

– Что ты хочешь сделать?

«И правда, что она хочет?» Чун Цзы склонила голову.

– Это ты убила Чэн Фэна?

– А какая разница?

«Что за поведение! Как она смеет так с ним разговаривать?!» Ло Иньфань поднял палец и указал на нее, пытаясь сдержать гнев. Если она и правда без причины убила ученика школы бессмертных, в будущем даже он не сможет ее спасти!

Чун Цзы вдруг опустилась на колени, держа обеими руками посох Сияния звезд. Магическое оружие, которое прежде всегда находилось рядом с хозяйкой, сейчас было лишено духовной силы. Оно превратилось в мертвый предмет. Сияние угасло, как небо сегодняшней ночью.

Гнев сменился потрясением. Ло Иньфань замер.

Подаренное им оружие уничтожено, что это значит? Она хочет вернуть его? Больше не признает в нем своего наставника? Она правда ненавидит его?

– Наставник, если вы хотели убить меня, зачем использовали посох Сияния звезд? – пробормотала Чун Цзы, глядя на магическое оружие в своих руках. – Он мертв… мертв.

Бессмертный должен был знать, что посох значил для нее. Это было магическое оружие, которое он подарил лично ей, единственное доказательство того, что они являлись учителем и ученицей. Сейчас оно уничтожено. Уничтожено навсегда.

Ло Иньфань был потрясен.

«Убить?» Он приказал Чэн Фэну просто вернуть ее. Неужели…

«Как они посмели действовать за его спиной? Как посмели вынуждать Чэн Фэна пойти на убийство?!»

Ло Иньфань сжал кулаки, спрятанные в рукавах. Его ярости не было предела. В то же время сердце сжалось от глубокого чувства стыда, которое никак нельзя было унять. Он слишком мало делал для нее, снова и снова позволяя другим причинять ей вред. Смерть Чэн Фэна, безусловно, задела его за живое, но как бы он поступил, если бы умерла она?