Все промелькнуло, словно дым. Любовь и ненависть исчезли, оставив лишь светлую пустоту.

Она ярко улыбнулась и произнесла:

– Хорошо.

Юй Ду, Минь Юньчжун и другие напряженно взглянули на Ло Иньфаня. Тот стоял неподвижно, залитый кровью, его взгляд был пустым и безжизненным. Никогда не имевший себе равных почтенный Чунхуа теперь был похож на живой труп.

Понимая, что его сердце разбито, Юй Ду шагнул к нему.

– Брат, ты…

Мощный поток бессмертной ци вырвался наружу, ужасающая сила сотрясла воздушные потоки – казалось, небо рухнуло на землю. Никто не мог справиться с этой энергией, в страхе отступая и стараясь укрыться. Ло Иньфань продолжал стоять равнодушно и недвижимо. Меч Разгоняющий волны слепил глаза, отражая солнечные лучи.

В свете меча фигура Ло Иньфаня стала постепенно размываться.

– Он жертвует себя мечу! – в ужасе воскликнул Юй Сюй. – Почтенный… он… он хочет стать демоном!

– Брат, нет! – потрясенно закричал Юй Ду.

Пятицветный барьер отгородил Ло Иньфаня ото всех.

Однажды глубокой ночью он сказал:

«Я, как твой наставник, надеюсь, что и ты не станешь впредь принижать своей значимости, а будешь заботиться обо всех живых существах, как то делают звезды на небе. Пусть этот посох называется “Сияние звезд”».

Ее сердце никогда не менялось, сияя, как звезды.

Однако его сердце изменилось.

Из-за долга он даже больше остальных боялся, что она и правда станет причиной уничтожения шести миров. Боялся настолько, что не смог ей поверить.

Любовь, таящаяся в глубинах его сердца, наконец прорвала оковы разума. Эта неожиданная вспышка вызвала боль и сожаление, разорвала его на части. Заставила думать, что смерть лучше жизни с такой болью.

Он любил ее, но заставлял себя раз за разом отталкивать и ранить. Когда он признал свою любовь, она уже не хотела возвращаться.

Ученица не была демоном. Это он. Наставник – демон!

Неужели в ее сердце он теперь и вправду чужак? Неужели она действительно не желает дать ему последний шанс? Он столько раз причинял ей боль, чуть не убил ее снова. Но если его ученица уйдет, какой смысл ему оставаться в этом мире?

Ван Юэ обратился к Чун Цзы вновь:

– Клянешься ли ты, что отдашь мне себя полностью, последуешь за мной и никогда не пожалеешь об этом?

– Она не уйдет. – Холодный голос не дал ей ответить.

Удивительное сияние разлилось в воздухе: кружилось, колыхалось, словно лента, струилось подобно шелковой нити, опадало лепестками цветов. Солнце померкло, небо и земля были тусклыми, будто в момент первозданного хаоса. Странное состояние, наполненное благоговением и надеждой.