Потом, почему-то учительница мисс Джесси, она снова хлопотала, проверяла, все ли зашли в экскурсионный автобус, потом они куда-то долго ехали, а когда приехали, оказалось, они в каком-то плохом квартале, и на них бычат нигеры в красных спортивных костюмах, суют в лица стволы и грозят завалить.

Потом на них начинает кричать Салли Паттерсон, маленькая славная Салли, которую он не мог ненавидеть, хотя она была рыжая и белокожая, а её папа работал в банке. Правда, какой-то мелочью, но Салли всегда была чистенькой и сытой.

Потом негр стреляет в Салли и Хуц-Ги-Сати во сне плачет, а его хлопает по спине и говорит, «ну не реви, колоша» парень со светлым чубом.

Сон был такой дикий, что индеец проснулся.

И долго лежал, вспоминая Салли Паттерсон.

Мисс Джесси и правда возила их несколько раз на экскурсии, но ниггеры в них стволами не тыкали. Мэр их городка даже гордился тем, что за всё время, что он грел жопу в своём кресле, в школе не было ни одного случай стрельбы, и даже поножовщина случалась не чаще двух-трёх раз в год.

Салли убили позже.

После того, как её отец увёз семью, кажется, в Лос-Анджелес. Им об этом сказала мисс Джесси. Училка была старенькая, когда говорила, заплакала. Они пожали плечами.

Ну, бывает. У них свободная страна и у людей есть оружие для защиты.

А сейчас, глянь, вспомнилась с чего-то.

Впрочем, долго раздумывать он не стал, зевнул, и снова уснул.

Больше негры с пушками за ним не бегали.

* * *

Следующее утро началось с привычного уже позвякивания ключей, сытного запаха снеди и тихого вздоха Горюнова. Похоже, он и правда переживал за непутёвого однокашника.

Хуц-Ги-Сати принял поднос, с удовольствием принялся уплетать кашу — на этот раз пшённую, да на молоке!

Вкусно было так, что он чуть не подавился.

— Пореже мечи, — буркнул Горюнов, — тётка Маша для тебя, бестолочи, старалась, помнит, что ты её стряпню любишь. Загляни хоть, скажи спасибо.

М-да, вот она, беда маленьких городков — всё друг друга знают, и даже у такой вот второсортной бестолочи, как индеец-выпивоха, найдётся сердобольная тётушка-соседка. Вот и как её искать, тётю Машу эту?

Задачка…

— Вместе сходим, — буркнул Хуц-Ги-Сати, а себе в голове пометочку сделал, ухо востро держать, похоже, его тут неплохо знают. Значит, могут начать здороваться, да лезть с расспросами. Что-то с этим надо будет делать, но что пока решительно непонятно. Так что сейчас один вариант — изображать отходняк после драки и похмелья, стыд и неловкость, тупить глазки и бурчать.

— Лады, сходим, — легко согласился Горюнов, хлопнул индейца по плечу и бодро возгласил, — отправляешься наводить блеск да лоск на Взгорье, во владения господина Пухлачёва!