Его вопросительный взгляд вперился в меня, а левая бровь приподнялась.

Я открыл рот, но не успел ничего произнести, потому что юный маг фыркнул и заявил, гордо подбоченившись:

— Мне плевать, из какого списка ваша семья. Я Олег Серебров, мой род в золотом списке. И я не намерен никому уступать свою очередь.

Он задрал подбородок, украшенный жидкой порослью, и кинул быстрый взгляд на большеглазую девицу. Та восторженно приоткрыла чувственный ротик, вызвав у парня мимолётную довольную улыбочку.

Зараза! Понятно, почему он так категоричен. Решил устроить сцену для своей пассии, чтобы впечатлить её своей крутизной несусветной.

Однако мне некогда было препираться. Барабанящий в ушах пульс отсчитывал каждую упущенную секунду. Нопрежде чем я хоть что-то произнёс, включилась Владлена.

— Глупый мальчишка! — зашипела она рассерженной кошкой, щуря загоревшиеся гневом чёрные глаза.

От неё пошла такая волна ярости, что едва не потрескались мраморные плиты пола.

Бойцы снова напряглись, а дворяне в креслах украдкой вытащили телефоны, направив на нас камеры.

Серебров сглотнул. Его кадык нервно дёрнулся, но спину он выпрямил и упрямо заиграл желваками.

Нет, такого не продавить, надо действовать хитрее.

Я цапнул Велимировну за руку и затолкал её себе за спину, после чего проникновенно произнёс, состряпав возвышенное выражение лица:

— Серебров, вы окажете империи услугу, ежели пропустите меня. Я представитель тринадцатого отдела. Интересы нашей страны требуют, чтобы я оказался в локации «Жёлтая Пустыня». Вот мои документы.

Он уставился на раскрытые «корочки», мгновение изучал их ошеломлённым взглядом и следом рьяно проронил, метнув взгляд на телефоны, смотрящие в нашу сторону:

— Конечно, конечно, проходите, господин Зверев! Империя для меня превыше всего!

— Зверев? — удивлённо округлил глаза другой боец, русый и усатый. — Я слышал о вас, сударь. Вы утёрли нос тому зазнавшемуся французику, говорившему, что у них там в Париже лучшая школа охотников на монстров! Позвольте, я пожму вашу руку!

— И я слышал! — встал один из дворян, ожидающих своей очереди. — Можно с вами сфотографироваться, господин Зверев?

— Потом, всё потом! Дело государственной важности! Позвольте вашу сумку. Там же оружие? — протянул я руку к поклаже Сереброва.

— Ага, — промычал тот, торопливо вручив мне сумку, словно та жгла его ладонь почище раскалённого металла.

Я повесил её на плечо и быстро прошёл через дверь, махнув напоследок Владлене.

— Возвращайся, Игнатий! Я буду тебя ждать! — выпалила она, прижав руки к великолепной груди. На неё даже Серебров косился при живой-то пассии.