В этом человеке точно живет внутренний демон. Я называю его Дремлющий демон Рида. Он просыпается только тогда, когда этого требуют обстоятельства. Я видела, как он управлялся со скальпелем, если бы он не стал профессором, из него вышел бы отличный хирург.

Каждое движение отточено, выверено. Словно он дирижер, будто он делал это тысячи раз. Мне не удалось узнать точное количество гостей на его металлическом столе, но судя по уверенности, которая чувствовалась даже через запись камеры, он делал это неоднократно.

– Мисс Петерсон, ноги!

Да за что это все мне, ну нормально же ехали.

Нехотя снимаю ноги с приборной панели. Боитесь, что я ее испачкаю? Хочется отметить, что не только квартира Рида безупречна, на черной глянцевой поверхности в машине нет ни единой пылинки или развода. Будто перед тем, как поехать, он проводит генеральную уборку. Интересно, а с ультрафиолетом он ее проверял?

– То есть как член отрезать – это нормально, а как ноги – так все.

В тот момент, когда кровь из паховой артерии брызнула на защитный экран, я чуть со стула не упала и картошкой не подавилась. А у него даже рука не дрогнула от такого происшествия, не знаю, как он продолжил процесс с такой кровавой видимостью, но это было впечатляюще. На самом деле найти его «тайное место» было просто. Похож ли Рид на рыбака? Совершенно нет. Но зачем ему лицензия? Вот и я так подумала, а дальше было просто. Из-за того, что я весьма худа, мне удалось пролезть в маленькое открытое окно для проветривания. Хорошо, что он проветривает помещение, когда не использует.

– Ну, давайте, спросите. – Я так хочу похвалиться, как устанавливала в углу камеру, которая спрятана там до сих пор. Ну, спросите, спросите меня.

– О чем, мисс Петерсон?

О том, что вам интересно, конечно, я уверена, сейчас он перебирает в голове варианты. Рид симпатичный и слишком хорошо целуется. И мне нравится, как сейчас он рассматривает меня. Интересно, он обратил внимание, что у меня в волосах карандаш? Эй, профессор, вы что, пялитесь на мои сиськи?

– Вы пялитесь на мою грудь.

А он будто выходит из оцепенения и переводит взгляд на дорогу, я как знала, что бюстгальтер – лишняя часть гардероба. Мне, конечно, хочется, чтобы он воспринимал меня не как практикантку и не как девушку с психологическими проблемами. И пусть они у меня есть. Интересно, я могу ему нравиться? Ну, конечно, он меня поцеловал. Или это я? Там вообще неоднозначная ситуация получилась. Как-то само.

– Да, она красивая.

Ой, это так мило, профессор. Почти комплимент, не иначе. Но не могу не согласиться, грудь у меня сногсшибательная. У Дейзи, кстати, тоже хорошая, но сделанная, это она мне поведала в Вегасе. Мне так хотелось побыть нормальной, без всех этих мыслей, что я согласилась поехать в мини-отпуск. А вот у декана Мур, интересно, это из-за возраста? Даже через белую рубашку понятно, что там тапки, а не грудь. Как он с ней спал? Понятно, что там был просто секс, но она же такая неприятная. А вдруг он с ней и сейчас спит? Да нет, он же не глупец, надеюсь. А профессор так и не спрашивает, ну вот же.