Мой BMW уже довез меня до парковки университета, и я занял свое место 7B. Наручные часы показывают, что до начала лекции осталось сорок минут, а значит, я точно успею навестить декана. Сейчас она мне будет весьма кстати. В Майами всегда слишком душно, но температура не заставит меня выглядеть менее представительно. Я никогда не откажусь от идеально выглаженной рубашки и брюк. Даже если термометр будет зашкаливать. Мне навстречу идут студенты университета, и каждый намерен поздороваться. Я не люблю лишнюю болтовню, кивок – это максимум моего приветствия для них. У меня есть четкое правило: не спать со студентками. Во-первых, они слишком глупы, во‐вторых, меня не интересуют «отношения», а каждая вторая мечтает, чтобы я оказался принцем именно для нее. Но я определенно не принц. В-третьих, я не люблю излишние сплетни о себе. Хоть пару раз я был близок, чтобы нарушить свое правило, даже мне сложно отказаться от удовольствия, когда девушка встает на колени в одном белье. Но Шерон все равно ушла ни с чем. Сейчас она на последнем курсе, и девушка не сдается. От мыслей меня отвлекает приближающаяся фигура мисс Петерсон. Она никогда не смотрела мне в глаза открыто и никогда не говорила со мной.

– Профессор Рид?

Ее голос приятный и тихий, она ни разу не обращалась ко мне лично до этого момента. Я смотрю на нее, она опять смущенно опускает глаза, но я же знаю, что там. Зачем эта наигранная стеснительность?

– Мисс Петерсон, рад слышать вас.

А она краснеет – удивительная способность женской натуры; в глазах черти, а на лице румянец.

– У вас ко мне вопрос? Я планировал поговорить с вами после лекции по поводу практики и диплома.

Мне нужно к декану, хоть мисс Петерсон и выглядит так, как я люблю, сейчас она мне не поможет. Она, будто заигрывая, убирает прядь белых волос за ухо. Это не работает, милая. Это детские игры.

– Да, профессор, вы мне скинули материал вчера по почте, когда вам нужен план по ним?

О, милая Софи. Мне он не нужен вовсе, я уже сделал все сам. Доверие – не моя сильная сторона.

– После лекции задержитесь, и мы обсудим. Прослушайте ее вместе со студентами.

Ее голубые глаза больше не стесняются смотреть на меня, а аккуратные брови приподнимаются. Конечно, она хочет в дальнейшем получить свою группу студентов, а не слушать лекции профессора, с которым так неумело заигрывает. Но все ее поведение… она будто специально носит маску невинности. Ее глаза, в которых разве что не плещется тьма, черное кружево бюстгальтера, будто случайно выглядывающее из-за ворота розового свитера. Она вся слишком ненастоящая, ее поза открыта, пальчики спокойны, она не перебирает одежду ими, не сжимает и не прячется за скрещенными руками. Черная папка с бумагами прижата к правому боку, плечи расслаблены. Ей уютно, она не чувствует дискомфорта или стеснения. Даже ее румянец кажется спланированным. Почему мы никогда не разговаривали раньше? Как так случилось, что она завершила обучение в университете, но я никогда не вел у нее лекций?