— Ты… — Сирмак произнес это почти ласково. — Ты осмелился запятнать мое имя?

Управляющий забился в немом ужасе. Его губы шевелились, но звука не было. Сирмак отпустил его с легким толчком — тело шлепнулось на пол с мокрым звуком.

Поворот к гостям — и снова перемена. Теперь перед нами стоял оскорбленный благородный господин. Его руки развелись в жесте, достойном театральной сцены.

— Друзья мои… — голос сорвался на искусно рассчитанной дрожи. — Клянусь, я не ведал. Но это не оправдание!

Щелчок пальцев — и в ВИП-зал вслед за Сирмаком вошли двое других управляющих. Их костюмы сидели безупречно, улыбки были откалиброваны до миллиметра.

— Каждый получит тройную компенсацию! — Сирмак ударил себя в грудь, серебряные молнии на плаще вспыхнули. — Немедленно! Без лишних вопросов!

Гости зашевелились. Я видел, как в глазах купцов загорелся холодный расчет, как аристократы оценивающе подняли подбородки. Тройная сумма — это уже не возмещение, это прибыль.

Сирмак ловил момент. Его рука описала изящную дугу:

— Последуйте за моими людьми, вам окажут настолько радушный прием, насколько мы только способны оказать!

Толпа заколебалась, но затем один, потом другой, а потом и вообще все гости ВИП-зала затем двинулась к выходу. Только женщина с перевязанным глазом бросила на меня взгляд, полный предупреждения.

— А вы… — Сирмак сделал паузу, снова поворачиваясь ко мне. — Вы заслуживаете особого внимания. И благодарности за проделанную работу. Останьтесь. Мы обсудим… вашу компенсацию.

Я медленно перевел взгляд на Хамрона. Мой верный боец замер у двери, его пальцы непроизвольно сжимали рукоять отсутствующего пистолета. Капля пота скатилась по его виску, оставляя блестящий след на смуглой коже.

— Уходите, — мой голос прозвучал неестественно громко в наступившей тишине. — Все. Ждите снаружи, я скоро буду. Час. Не больше.

Хамрон сделал шаг вперед, его губы дрогнули:

— Я не могу…

— Приказ, — отрезал я, не отводя глаз от Сирмака. — Не дискуссия.

Он замер, затем резко кивнул и, бросив последний испепеляющий взгляд на Сирмака, развернулся. Мои люди выходили следом, уводя с собой последних гостей.

Сирмак наблюдал за мной, его длинные пальцы постукивали по рукояти простого, без украшений кинжала.

— Закрой двери, — сказал я, глянув мимо спины Сирмака в главный зал.

Он приподнял бровь, но легким движением пальцев мановые потоки взметнулись, створки захлопнулись, щелкнули замки.

— Не хочешь, чтобы кто-то видел твою смерть? — спросил он, и его улыбка растянулась, обнажив слишком белые зубы.

Я покачал головой.

— О, нет, я буду жить. Ведь мне осталось еще сто восемнадцать месяцев службы в вооруженных силах Коалиции Яростных Миров.