Все это время мы сражались в зале с клетками рабов. Я от этого тоже не был в восторге, понимая, что любой мой неосторожный удар может стать для кого-то смертельным. Но из всех комнат, что мы прошли до сюда, зал с рабами был единственным, где не было других выходов.

В условиях, когда нужно было во что бы то ни стало именно поймать Зарога, а он явно не отличался особой воинской честью и, почуяв опасность, наверняка бы сбежал, это был лучший вариант из возможных.

Так что до сих пор мы сражались на площадке между входом и рядами клеток, но удар Зарога откинул меня на прутья одной из них. И я уже хотел отскочить от нее в сторону, чтобы не подставить запертых в клетке девушек под атаку превратившегося в ящера противника, но тут к своему удивлению понял, что он тоже не особо стремиться нападать в сторону рабов.

В голове возникла теория, но нужно было ее подтвердить. Сорвавшись с места, я налетел на Зарога, делая вид, что атакую изо всех сил, заставив его тем самым ударить в полную мощь в ответ, но в последнюю секунду остановился и вместо движения вперед начал отскок назад, благо комбинация из «Прилара» и «Прогулки» позволяла производить и не такие рискованные маневры.

Зарог, чья мощь после трансформации была явно куда менее контролируема, повторить такой же трюк не был в состоянии и по инерции полетел вперед, прямо на стоящие за моей спиной клетки.

Когда я в последнюю секунду еще и отскочил в сторону, Зарог, даже попытавшись затормозить, все-таки врезался в клетку, согнув металлические прутья, но не сломав их. Девушки вскрикнули, прижимаясь друг к другу.

Желтые рептильные глаза Зарога на мгновение метнулись к поврежденной клетке, в них мелькнуло что-то, похожее на беспокойство. Не за жизни людей — за испорченное имущество.

Теория подтвердилась.

— Что случилось, бывший герой Коалиции? — я ухмыльнулся. — Боишься потерять пару монет из своего грязного заработка?

Моя татуировка «Сказания о Грюнере» на запястье вспыхнула, и я выпустил пулю — не в Зарога, а в потолочную балку прямо над соседней клеткой. Дерево взорвалось веером щепок.

Зарог взревел и бросился вперед, его массивное тело закрыло клетку, как щит. Его чешуйчатая ладонь выпустила волну маны, которая отбила в сторону деревяшки, прежде чем они успели долететь до рабов. В этот момент я уже был рядом, мой клинок сверкнул, целясь в его незащищенный бок.

Лезвие «Энго» впилось в плоть, оставляя глубокую рану на его боку. Темная кровь брызнула на пол, смешиваясь с грязью.

— ТЫ!.. — Зарог скривился, отступая. Его дыхание стало тяжелее. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ⁈