Он положил перед собой толстую папку с моей фотографией.

— Мака Мариона не существует, — он перевернул страницу, и я увидел свидетельство о смерти на мое имя. — Умер семь лет назад. Хотя, стоит отдать должное, подделка отличная. И вдвойне стоит отдать должное за то, что мы так и не выяснили, кто ты на самом деле такой.

Его пальцы, покрытые тонкими шрамами, перелистывали страницы моего досье.

— По всем статьям, — он внезапно захлопнул папку, — тебя следует немедленно отправить под трибунал. Подделка документов, проникновение в ряды Коалиции под ложным именем — это расстрельная статья. Но… — он улыбнулся, — ваши подвиги говорят сами за себя. Спасение роты Лильрена от шиваро. Уничтожение сети Зарога. Разоблачение предателя в наших рядах. Вы не похожи на шпиона, слишком выделяетесь и слишком сильно лезете на рожон. Создается впечатление, что вам действительно не все равно и что в Коалиции вы хотите начать жизнь с чистого листа. Это так?

— Так, полковник.

— Во-о-от, — протянул он. — Поэтому мы предлагаем вам… выбор. Первый вариант. Вы отказываетесь от своих «особых» методов. Служите как все образцовые Артефакторы Коалиции. Но первое же нарушение — и ваше следующее утро начнется в камере военной тюрьмы на нижних ярусах. Десять лет контракта остаются в силе. После их истечения сможете спокойно уйти. Второй вариант… вы становитесь «особым активом Коалиции». Особые миссии. Особые полномочия. Любые методы разрешены, пока они не вредят напрямую Коалиции или ее репутации. Но контракт становится бессрочным. И вы приносите Клятву верности. Не просто присягу, а закрепленную артефактом клятву, при нарушении которой вас ждет смерть.

В комнате повисла тишина.

— Время выбирать, старший лейтенант. У нас война. Коалиции нужны такие люди, как вы. Но… — его глаза сузились, — мы не можем позволить вам быть волком в овечьей стае.

— А мои люди? — спросил я, удерживая взгляд на его глазах. Голос звучал ровнее, чем я ожидал. — Если я соглашусь стать вашим «особым активом»… что будет с теми, кто шел или еще пойдет за мной в бой?

— Они принесут Клятву о неразглашении. Стандартный протокол. — В его голосе звучала усталость человека, объясняющего очевидное. — Если будут просто выполнять ваши приказы… их контракты останутся неизменными. Через десять лет — почетная демобилизация со всеми положенными льготами. При желании, разумеется.

— Тогда я согласен. — Я сделал паузу, давая ему возможность прервать, но он лишь поднял седую бровь, ожидая продолжения. — При одном условии. Мне потребуется… личное время. Для решения определенных вопросов.