— Все, — замкомдив забрал коробку и спрятал обратно в стол. — Вы свободны, старший лейтенант. Через три дня, в полдень, официальная церемония. До этого времени определитесь с кандидатурами командиров отрядов.

Я машинально потер плечо, где уже почти ничего не было видно. Под кожей все еще ощущалось инородное присутствие. Маска на груди дергалась в ответ, но я мысленно старательно подавлял ее позывы, не представляя, что она может учудить на этот раз.

— Основной состав вам подберут в штабе, — продолжал замкомдив.

— Так точно, — автоматически ответил я, ощущая, что копошение золотой татуировки становится все интенсивнее.

Когда вышел из кабинета и отошел на несколько поворотов коридора, остановился, снова засучил рукав. Белый след ладони снова проступил на коже, и снова, как и при даче клятвы, начал раскаляться. Наверняка я не мог знать, но что-то подсказывало, что Маска была против его присутствия.

Вот только это было моей гарантией… с другой стороны, всегда было лучше не находиться под какими-либо ограничениями, чем находиться.

— Черт с тобой, — поморщился я. — Мое!

Золотые тату вдруг начали расползаться, как при активации артефактных татуировок, быстро добравшись до белой отметины ладони и впившись в нее, как хищник в жертву, начав закачивать в нее ману.

Через минуты три все было кончено, однако, вопреки моим ожиданиям, след не исчез. «Всего лишь» изменился узор: строгие геометрические линии сменились на витиеватые, но при этом изящные узоры остальных моих татуировок. Еще спустя минуту белая ладонь снова исчезла под кожей, будто ничего не было.

Судя по всему, теперь я мог не бояться нарушать клятву, данную замкомдиву. Впрочем, делать это я в любом случае собирался лишь в крайнем случае.

###

Каменные стены казарм впитали за годы запах пота, масла и пороха. Я шел по длинному коридору, мои сапоги глухо стучали по плитам, выщербленным за десятилетия марширующими солдатами. Где-то впереди слышались приглушенные голоса и звон металла.

Я остановился перед дверью с потертой табличкой «Отделение 7», на которой кто-то ножом выцарапал неприличный рисунок. Из-за двери доносились смех и характерный звук точильного камня о сталь. Вздохнув, я распахнул дверь.

Хамрон и команда сидели в кругу, чистя оружие. Бьянка, развалившись на ящике, что-то рассказывала, размахивая своим новым кинжалом — трофеем с базы Зарога.

— Ну что, Мак, — Хамрон отложил тряпку, которой полировал свой меч, — тебя уже расстреляли за самоуправство или будем праздновать повышение?

Я закрыл дверь, щелкнув замком с характерным металлическим звуком.