Маски были истинными произведениями искусства. Моя — тигр с полураскрытой пастью, где каждый клык был увенчан микроскопическим алмазом. У Яраны — голубка с сапфировыми глазами, чьи перья на самом деле оказались сотнями крошечных перламутровых пластинок.

— Напоминаю, что допустима, хотя и нежелательна, только обувь, — проговорил официант. — Кейс также оставьте здесь, когда будет нужно, пошлите за ним слугу.

Не став слушать подтверждений или вопросов, он развернулся и вышел. Дверь закрылась за ним беззвучно, оставив нас в тишине, нарушаемой только мерцающим светом хрустальной люстры в форме распростертых крыльев.

Ярана стояла, сжимая кулаки так, что ее пальцы побелели. Я видел, как капли пота скользят по ее шее, исчезая в вырезе платья.

— Это что, черт возьми, за место? — ее шепот напоминал шипение раскаленного металла в воде.

Я приложил маску к лицу, и она мгновенно прилипла безо всяких застежек.

— «Бал Невинности», — ответил я, с любопытством глядя на свое отражение в маске. — Слышала о таком?

Я медленно расстегнул первую пуговицу камзола, наблюдая за ее реакцией.

— Нет, не слышала. И как-то не горю желанием слышать что-то впредь!

— Поздно, — пожал я плечами, снимая рубаху через голову. — Мы уже здесь, назвали кодовые имена, прошли во внутренние комнаты. Если мы сейчас скажем, что хотим уйти, к нам вполне могут возникнуть вопросы, на которые мы не сможем дать ответы. Все-таки о настоящих Тигре и Голубке я мало что знаю. Даже не уверен, что Зарог должен был быть Тигром, все-таки, хотя он и контрабандист, это место совсем не его уровня. Так что лучшим вариантом сейчас будет продолжать играть свои роли.

— И для этого нужно… раздеваться?

Я расстегнул ремень с характерным щелчком.

— Не переживай, там все будут без одежды.

— Об этом я как раз и переживаю! — огрызнулась она, резко обернувшись, но тут же отвела взгляд, уставившись в пол. Ее дыхание участилось, грудь под темно-синим шелком заметно вздымалась. — Ты… ты специально это делаешь, — ее голос дрогнул.

Я медленно подошел ближе, взяв со столика ее маску, следя, как она напрягается с каждым моим шагом. Пол был холодным под босыми ногами.

— Делаю что? — я наклонил голову. — Ты — мой наблюдатель и должна везде следовать за мной. Я просто обеспечил тебе такую возможность. И что теперь, дашь заднюю потому, что надо немного оголиться? На палубе «Лиса» ты не стеснялась загорать так, как тебе хочется.

Она резко выхватила маску у меня из рук.

— Это другое! Там… там был только ты.

— И ты чувствовала, что можешь играть со мной, так как, грубо говоря, являешься моим начальством? — я усмехнулся. — Как это низко, майор Жермин. Но ты ведь тоже будешь в маске, как и все, кого ты увидишь в первый и скорее всего в последний раз в жизни. Так чего стесняться, раз уж твои взгляды действительно настолько широки, как ты хотела, чтобы я думал?