— Больше ни копейки «Валианту»!

— Подождите… «Bausch + Lomb» тоже их марка?

— А «Juvederm» — тот самый филлер?

— Деньги, потраченные на глаза и кожу, — это, выходит, слёзы людей, болеющих редкими недугами?

Так, из слов и возмущений, стал вырастать бойкот. В воздухе уже чувствовалось напряжение — сухое, электрическое, как перед грозой.

Тем временем, в офисе Акмана, где царил выверенный порядок и запах свежесваренного кофе, собрались аналитики. На стене тихо щёлкали графики.

— Пока шумят лишь немногие, — сказал начальник портфеля, мерно постукивая ручкой по столу. — Но стоит этому выйти наружу — и начнётся пожар.

Голос его дрожал от скрытого беспокойства. Искра пока мала, но ветер сетевых эмоций умеет раздувать даже сплетню до уровня катастрофы.

Последние годы рынок уже видел, как под натиском общественного гнева рушились компании. После трагедии в Бангладеш против «быстрой моды» поднялась волна возмущения; бренды, донатившие анти-ЛГБТ организациям, бойкотировали по всему миру. Даже израильская продукция попадала под лозунги движения BDS — «Не покупай! Не поддерживай!»

Теперь «Валиант» стоял в том же ряду. Слово «этика» стало модным товаром, и каждая покупка обретала моральный вес.

— Если продолжим прежнюю стратегию, нас просто разорвут, — произнёс один из советников, глядя на Акмана поверх очков.

До этого компания гордилась своей прямолинейностью — «максимизация прибыли во имя акционеров». Сухой, безжалостный лозунг, не терпящий возражений. Но теперь, когда общество всё громче говорило о совести и справедливости, такой девиз звучал как признание в алчности.

— Нужно подготовить заявление, — коротко бросил помощник.

— Похоже, да, — ответил Акман, морщась.

В воздухе висел привкус железа — вкус тревоги, знакомый тем, кто чувствует, как земля уходит из-под ног. Он понимал: война мнений началась. Кто первый захватит право голоса, тот и победит.

А пока всё шло к тому, что моральный выпад Сергея Платонова сминал рассудочную риторику «акционерной выгоды», словно хрупкий лист бумаги. Опасность ещё не стала угрозой, но в груди у Акмана поднималось мерзкое ощущение — будто кто-то навязал ему чужую игру, чужие правила.

* * *

На следующем эфире Акман стоял перед камерой спокойно, без тени смущения. Свет софитов отливал на его лице мягким золотом, голос звучал уверенно, отточенно, как у преподавателя, читающего лекцию.

— Сергей Платонов утверждает, что компания «Валиант» наживается на больных редкими заболеваниями. Это неправда. За исключением лекарства от болезни Вильсона, у нас нет препаратов подобного типа. Основная часть продукции — офтальмология и дерматология.