— После того, как я узнал, что нашей федерацией руководят машины, других вариантов попросту не осталось. У каждого из тех, кто несёт службу здесь, есть свои причины на это. Но главная — это право на свободу и жизнь.
— А ещё они выстрелили в твою родную планету.
Ни один мускул на его лице не дрогнул, но капрал хорошо понимал, что попал точно в цель. Все эти идеалистические мотивы, напускной героизм — всё шелуха. Людьми движут лишь собственные раны и надежды.
— Как я и сказал, у каждого свои причины. Как, впрочем, и у тебя.
Рост кивнул, обернувшись на отряд, но Двадцать шестой уже и след простыл.
— Не волнуйся. Вы ещё встретитесь на брифинге, — проследив за его взглядом, сказал Ларс.
— Что на нём будут обсуждать?
Мужчина остановился и серьёзно посмотрел ему в лицо:
— Взятие Бастилии.
Глава 42 Подземный город (часть 1)
— Что ещё за Бастилия? — не понял капрал. — Не та ли тюрьма, которую штурмом взял народ в древние века во Франции?
— Вовсе нет. И это не тюрьма, а центральный узел первого искусственного интеллекта. Он был разработан германскими учёными и установлен в Кёльне. Научный комплекс так и называется — Бастилия. И охраняется он очень хорошо.
Капрал, Ларс и почётный эскорт, наконец, добрались до приземистого бункера в пещере. Двери разошлись в стороны, и они зашли внутрь, где вовсю кипела работа. В коридоре с телекоммуникационным шкафом работали двое техников, группа солдат несла амуницию и снаряжение в сторону парковки. Да, и таковая на самом деле имелась в этом импровизированном подземном городе. Скорее всего, он даже имел прямые выходы на поверхность, которые были хорошо замаскированы.
— Неплохо-неплохо. Хорошо вы тут устроились, ребята.
— И так во всех основных городах мира, — улыбнулся Ларс, проводив его в свой весьма аскетичный кабинет, состоящий только из стола, шкафа и двух кресел. — Без разветвлённой сети посредников и сопутствующей инфраструктуры ничего подобного построить бы не удалось. Международный чёрный рынок это весьма влиятельная сила.
Охрана осталась за дверью, и мужчины сели за стол друг напротив друга, посередине которого возвышался голопроектор старого образца. Рельефная башенка напоминала какой-нибудь американский небоскрёб из двадцатого века.
— Что это?
— Чертежи Бастилии, — ответил Ларс, прикоснувшись к кнопке. — Двое моих друзей погибли, чтобы их достать.
Свет в кабинете тотчас померк, и шпиль башенки засветился красным, расчерчивая всё окружающее пространство сеткой. Медленно, но верно, лазер вырисовывал причудливые узоры, накладывающиеся друг на друга.