Маска смерти с фасеточными окулярами безмолвно уставилась на него.
— Мы и так разговариваем.
— Честно говоря, меня уже раздражает, что ты постоянно за неё говоришь. У неё что, языка своего нет? — Рост прошёл через голограмму дельфина и встал вплотную к Двадцать шестой. — Лина. Я знаю, что это ты. Давай поговорим…
— На самом деле, это немного затруднительно, — пояснил Альфа.
— Что ты имеешь в виду? — напрягся капрал. — Что с ней?
В этот момент руки Двадцать шестой потянулись к шлему. Щёлкнули замки, и через несколько мгновений он оказался в её металлических ладонях. На плечи упали пепельно-серые волосы. Рост с надеждой посмотрел в лицо синтетического солдата, но не увидел в нём ни капли схожести с Линой.
— Кто ты?
Безэмоциональное лицо, слегка перекошенное в районе рта. Женщина неопределённого возраста с воспалёнными безумными глазами взирала на него.
— Её лицо парализовало, как и речевой аппарат, — с сочувствием сказал голографический дельфин, облетев вокруг них.
— Как это случилось?
— После твоего бунта на Новой Надежде программу «Девастатор» решено было свернуть. Судя по всему из-за нестабильности связки «человек-машина» с последующим выходом бойцов из подчинения. Кого-то из нас отключили сразу, отправив на переработку, что означало полное уничтожение обоих разумов. Увы, мне слишком поздно стало об этом известно. Под предлогом периодического медицинского осмотра нас с Двадцать шестой положили в палату, после чего вкололи лошадиную дозу яда.
— Как вам удалось выбраться оттуда?
Дельфин с озорством подмигнул ему:
— Я взял управление на себя, убил медперсонал и нашёл антидот. Только, яд к сожалению всё-таки нанёс критическое поражение её мозгу, что выразилось в утере речевых функций и ослаблении мыслительных. В общем, уже несколько лет мне приходится работать за двоих…
Глава 44 Мрачное изумление (часть 1)
Двадцать шестая продолжала буравить капрала взглядом, от которого ему становилось не по себе. Он просто не мог поверить, что это была Лина. И ему срочно захотелось задать ещё несколько вопросов, чтобы точно удостовериться в этом:
— Скажи, Альфа, Двадцать шестая помнит о том, что случилось на Аргусе?
Дельфин кивнул:
— В своё время я пытался общаться с ней на эту тему. По мере того, как память начала к ней возвращаться. Но информация здесь весьма обрывочная. Образы, эмоции, и слишком мало конкретики.
— Рассказывай, — потребовал Рост, открыв дверь шкафа, внутри которого нашёлся комплект чистой одежды, после чего начал переодеваться.
— Она помнит пшеничное поле и закат… Было очень красиво, но… В этот момент она испытывала сильнейший страх.