— Мы проверяли воду и пищу по всему восточному району, всё было в порядке, — отмахнулся целитель.

— А сушёный мох? — спросил Мирослав, — Его вы проверяли?

— Да кончился он, владелец вчера как раз за новой партией ушёл. К тому же мох сушится в специальной печи, если бы что и было…

— Эта зараза переживает даже открытое пламя, — напомнил Мирослав.

Целитель побледнел.

— Знаете куда мог отправиться хозяин?

— Ребята мне нахваливали, что у него с недавних пор моховица особо тонким вкусом выделяется, потому что он где-то нашёл заросли необычного дикороста. Так что, скорее всего, куда-то в естественные пещеры, которыми не пользуются — сказал страж.

— Сам пробовал этот напиток? — уточнил Мирослав.

— Нет, я в центральном районе в последнее время дежурю, а после работы сразу домой к семье. Не было времени.

— Хорошо, значит, может, ещё и поживёшь, — сказал Мирослав, но всё равно проверил его техникой взора, — А теперь веди меня к этой моховичной.

Однако прежде, чем они успели покинуть Зал Целительства, их перехватил Гранислав.

— Мастер Мирослав, следуйте за мной.

— Что стряслось? — спросил юноша.

— Матрона приказала привести вас. Это срочно.

«У нас дело тоже срочное… Но вариантов особо нет.»

— Веди.

* * *

Его провели в глубины, где скрывался Зал Предков, по периметру которого стояли скрижали, на которых были вытесаны законы Яшмового Свода, а в центре расположился необычный камень. Мирослав отметил, что множество прожилок металла странным образом свиваются в чёткую спираль, а техникой взора увидел, что тот сияет так ярко, словно бы в нём таится невероятное количество силы. Кроме него и Гранислава, внутри было ещё двое. Сталия и Молотобой.

— Что он здесь делает⁈ — гневно взревел глава Зала Целителей, — Ты совсем обезумела попирать законы предков таким наглым образом?

Гранислав потупил взор, но Мирославу показалось, что что-то в его лице всё равно выдавало согласие со словами Молотобоя.

— Это прямая необходимость. Мастер Мирослав также станет частью суда предков.

— Ну что же… Сдохнете оба, оно и к лучшему… — процедил мужчина.

— Можешь идти, сынок, — с непривычной мягкостью сказала Сталия, — Затворите двери по всем правилам. Когда придёт время, они раскроются сами.

— Да… — юноша замялся, словно хотел добавить что-то ещё, но всё же повиновался и вышел.

— Что происходит? — спросил Мирослав, подходя ближе.

— Доверься мне, — тихо сказала Сталия, — Скоро сам всё поймёшь.

«Доверься? Вот так просто? Вступи в неясное противостояние, которое, судя по словам Молотобоя, окончится смертью одной из сторон? Без каких-либо объяснений?»