* * *

Зима — чудное время года, только сбежав с жаркого юга Диармайд понял, как ему не хватало смены сезонов: ржавая осень, пушистая зима, а следом придёт и полная жизни весна. Весна, которую Диармайд так сильно ждёт.

Тяжелую воду контролировать очень сложно. Она пожирает просто невероятное количество маны. Несмотря на свой аномальный запас сил, Диармайду всё ещё не хватало энергии для этой способности. Даже подвижный лёд, который всех так сильно удивлял, требовал куда меньше маны, хоть по началу и приходилось очень сильно сосредотачиваться на его контроле.

Любопытно, каково это быть магом воды, чей атрибут — влага высокой температуры. Кипяток кажется опасным оружием, но задумавшись над этим Диармайд решил, что эта особенность больше всего подходит в сражении против обычных людей. Сильным магам такая температура большого вреда не причинит… А вот пар — совсем другое дело… парень вспомнил, как трудно ему пришлось в бою против Гарри, ведь пар, по сути, как и дым является веществом, которое с большей вероятностью сможет преодолеть вражескую защиту.

Диармайд ещё раз попытался нагреть воду, но, чтобы разогреть кастрюлю жидкости до шестидесяти градусов — у него ушла одна четвёртая часть маны. Чудовищный расход, рушивший любые надежды на успех в этом начинании. Горячая вода парню не была подвластна, не важно насколько сильным его считали остальные. Обидно.

Деревянная беседка, стоявшая на островке, посреди рукотворного водоёма — была присыпана снегом. Виноградные лозы цеплялись за лакированное дерево, из которого построили этот уголок умиротворения. Вода в пруду покрылась коркой льда. На дне водоёма сверкали люминесцентные водоросли, подсвечивая кристаллы воды изнутри. Невероятно красивое зрелище.

Диармайд протянул руку к сугробу снега, тот начал таять, превращаясь в жидкость. Странное дело — чтобы растопить снег уходит мизер силы, а вот когда вода превышает температуру в пять градусов — расход маны становится просто чудовищным…

Струи воды начали смешиваться с кристаллами льда, вытянувшись в тонкие нити они начали переплетаться друг с другом. Жидкость приобретала форму стеблей розы с шипами и кристаллическими цветами, распускающимися из бутонов, как живые. Контроль… нет, это был уже не контроль стихии, что-то другое, что-то, что Диармайд не мог объяснить. Теперь ему уже не нужно было в деталях представлять, чего он хочет от воды, она сама, улавливая его желания обретала необходимую форму, черпая ману мага для изменения собственной формы. Стихия стала податливой и покорной, как выдрессированное животное. Вьющаяся волна из ледяных стеблей создала заросли, обвившие ледяной трон из клыкастых черепов. Когтистые ножки ледяного изваяния впились в лёд пруда. Все эти манипуляции были настолько естественны и просты для мага, что он даже не почувствовал, сколько энергии на это потратил. То, что когда-то казалось невозможным, сейчас было сущим пустяком. Приятное изменение, которое он испытывал каждый раз, досягая новой вершины.