— Не-а! Вон, — быстро кивнул он на Гаспара, — с ним лижись, а я, сука, как-нибудь сам выкручусь.

Жозефина обиженно надулась, демонстративно повернулась к нему задом и, чеканя шаг, отошла к менталисту. Эндерн почесал грязную небритую щеку, недобро взглянул на декануса желтыми глазами, свирепо нахмурив кустистые брови.

— Ну че стоишь, мудила? Тащи винище!

Элуканте возвел очи горе́ и, заложив руки за спину, послушно засеменил к своему столу. Прошедшие дни научили его смирению, терпению и хранению нескольких бутылок вина у себя в кабинете. Будь он ваарианнином, то, наверно, к этому моменту обрел бы просветление и пришел бы к пониманию Бога. Но, как любой чародей Ложи, он был атеистом. Хотя уже начинал об этом жалеть.

Вручив Эндерну бутылку, Элуканте отошел на безопасное расстояние и приготовился к ставшему каждодневным ритуалу. Оборотень зубами выдернул пробку, поискал глазами, куда бы выплюнуть и нашел цель, как будто случайно оказавшуюся где-то за спиной декануса. Магистр, уже наученный горьким опытом, ловко увернулся. Сегодня не повезло пусто и печально отреагировавшему на унижение глобусу. Оборотень запрокинул косматую башку и влил в глотку треть бутылки залпом. Выдохнул, утирая губы и размазывая по физиономии грязь и пыль, с блаженством стек на сиденье кресла, расположившись на нем полулежа, и закинул ногу на ногу. Обвел желтым взглядом менталиста и чародейку.

— Где этот педик зачуханный? — довольно отрыгнув и почмокав губами, спросил Эндерн. — Ты его уже обработал? Полезное вытянул? Ежели нет, я ему таких пиздюлей выпишу, вовек не забудет! — заявил он, поднося бутылку ко рту.

— Он спит, — сказала чародейка.

— Спит⁈ — воскликнул оборотень, промахнувшись горлышком мимо рта, и плеснул красным вином на грудь.

— Я его обработала.

Эндерн стряхнул красные капли, взглянул на Жозефину, задумчиво вращая желтыми глазами. Физиономия медленно расплылась в издевательской ухмылке.

— Тогда вопросов не имею, — с пониманием покивал он и откинулся на спинку. Отхлебнул из горла. — Только… — он хитро прищурил левый глаз, сделав паузу, — мне, конечно, неинтересно, но я хоть с пользой круто время провел, или как обычно?

Гаспар переглянулся с Жозефиной.

— Ты не поверишь, — ответили они хором. Даже Элуканте несколько запоздало пробормотал это заклинание себе под нос.

Эндерн раскрыл рот, но отзыв проговорил не он.

— А вы постарайтесь быть убедительными, — прозвенел чей-то искусственно-металлический голос, отдающийся в стенах кабинета эхом.

Все разом повернулись на голос. Эндерн, будто поперхнувшись, перетек в вертикальное положение и сел в кресле ровно. Гаспар подобрался, приглаживая волосы. Жозефина приосанилась, приветливо улыбаясь. Томаццо Элуканте потрясенно раскрыл рот и попятился, хватаясь за воздух, чтобы не оступиться.