И ещё я заметил, что гость и хозяин не питали особой приязни друг к другу. Разговаривали, да, но через силу. Меченый корчил из себя местечкового князя, всячески подчёркивая своё превосходство. Командир плащеносцев с трудом держался в рамках приличий. По манере общения и налёту брезгливости на лице несложно догадаться, что он принадлежал непосредственно к Роду. Молодой, но барон вряд ли сына послал. Скорее племянник или один из младших кузенов.

«Чувство опасности» однозначно трактовало ситуацию как критическую. Вряд ли у плащеносцев короткая память. Я их в Смоленске публично макнул рожей в грязь, а значит, не обойдут вниманием и меня. Не зря сюда представитель семьи заявился.

Пока конкретной угрозы не было. Но здесь ключевое слово «пока».

С нашим появлением в лагере воцарилась понятная суматоха. Потрёпанный вид колонны не остался незамеченным. Шагоходы на платформе, на которой обычно перемещались «тяжёлые», вызывали массу вопросов. И народ спешил выяснить, что приключилось. Новость быстро разлетелась по базе, и теперь к нам бежали все, у кого не было дел. Да и у кого были, тоже бежали. Даже вышкари с дневным патрульным подзабили на службу и смотрели на нас, чтобы хоть как-то утолить любопытство.

Меченный со своими гостями тоже прекратили общение, переключив внимание на колонну. Только охранники, запихнувшие Димыча в джип, поедали глазами Прохора в ожидании дальнейших распоряжений.

Все эти наблюдения, мысли и выводы пронеслись в голове, пока мы подъезжали к складам. И теперь мне нужно соответственно реагировать. А времени на принятие решения, желательно верного, оставалось с гулькин клюв, если не меньше.

«Ёкарный бабай, ненавижу работать в цейтноте».

Выругавшись про себя, я запустил привычную связку: «Панораму», «Обнаружение жизни» и «Эмоциональный окрас».

* * *

Лагерь запестрел разноцветными точками.

Вереница зелёных, распределившаяся по машинам — те, кто возвращался из рейда. Уставшие и радостные, что наконец-то попали домой. Хаотичное передвижение, тех, кто встречал. У этих преобладала аура любопытства. Одинокая в джипе — Димыч, терзаемый страхом и неопределённостью своего положения.

Красными были только люди из группы Боде-Колычовских и Прохор с парой подручных. На фоне ровной ауры цепных псов две выделялись. Нервоз и злоба от непонимания, что происходит. Это Прохор. И жгучее предвкушение скорой мести… Нет, жестокой расправы. Это молодой Боде-Колычов.

Не сказать чтобы я испугался, но под ложечкой ёкнуло…

И тут же сработал Дар Интуита. Я сначала подумал, что Модуль автоматически запустил «Подбор Уязвимостей». Те же щелчки, кружки и приближение фокуса. Но приглядевшись, понял, что ошибся. Дар перебирала слабые места, но не противника, а мои.