— Ты полагаешь, они исчерпали все аргументы внутри страны?

— Пойми, это простые люди, которые веками добывали свой хлеб в поте лица, — Нойер посмотрел на свой бокал с пивом. — Трудолюбие и верность традиции — вот что стоит за их намерением. При всем желании остаться русскими немцами, они прекрасно понимают: еще несколько поколений в подобном режиме, и от их культуры не останется ничего, кроме воспоминаний.

— В таком случае нужно действовать иначе, — Стрелец откинулся на спинку стула.

— Объясни, — попросил Нойер.

— Инициатива не должна исходить от Леонида Ильича.

— А от кого она у вас еще может исходить? — искренне не понял немец.

— Фридрих, ты недооцениваешь сложность советской системы.

— Вполне возможно. Давно я у вас не был, — усмехнулся он.

— Если Генсек поставит этот вопрос на Политбюро, ему предъявят серьезные контраргументы, — Стрелец сделал глоток пива.

— Например?

— Например, еврейская эмиграция. Или Прибалтика. На Западе она ведь до сих пор находится в статусе оккупированной территории. В Кремле всерьез опасаются: если один раз приоткрыть эту дверь, обратно ее уже не захлопнешь. Страну начнет лихорадить. Тактически Леонид Ильич должен действовать в положении арбитра. Тогда можно будет на что-то рассчитывать.

— Мне кажется, у тебя в голове уже сложилась техническая картина…

— Имеет смысл передать петицию в Москву, доставить ее в Президиум Верховного Совета, — поделился планом Стрелец.

— И там найдут способ, как ее похоронить, — скептически перебил Нойер.

— Не торопись. Коллеги доложат этот вопрос Леониду Ильичу в обход общей канцелярии. Когда он примет решение, я дам тебе знать. Ты напишешь статью, только очень аккуратно, без обвинений.

— Ты представляешь, какой шум поднимется в прессе, будут и обвинения, и инсинуации. От меня это не зависит, — уточнил журналист.

— Но ты достаточно влиятелен, чтобы задать общий фон, — парировал Стрелец.

— В таких границах — приемлемо.

— Канцлер Брандт на саммите лично попросит Леонида Ильича пойти навстречу в гуманитарном вопросе…

— Костя, теперь я начинаю бояться за тебя, — признался Нойер.

— За меня не стоит бояться, я действую не от собственного имени, — Стрелец посмотрел на собеседника. — А вот людей, подписавшихся под этой петицией, все-таки предупреди. Цена будет высокой. Назад в этом деле при всем желании ничего не открутишь.

— А что взамен? — откровенно поинтересовался Нойер.

— Взамен… Взамен — гробовое молчание по поводу Гийома и Линднер, — твердо произнес Стрелец. — Во-первых, то, что Гийом работает на Штази, для нас очень неприятный и чувствительный сюрприз. Во-вторых, если это вскроется, Брандт не удержится у власти. В-третьих, если Брандт не удержится, разрядке конец, дешевому газу — тоже. В-четвертых, — для убедительности добавил советник, — начнется война.