Все-таки правящий монарх моложе двадцати пяти — плохое решение.

— Этого стоило ожидать, Ваше Величество, — осторожно начал Бертольд Ревинтер.

Если очередной король — невоспитанный почти подросток, лучше его лишний раз не злить. А вместо этого благодарить судьбу, что в этот раз на Золотом троне — не психопат, не садист и не змеиный сектант.

— Мы избавились от Эрика. Север такое не прощает, — поддержал Тенмар. — И мы так и не предложили им достойный союз.

Потому что король запорол всю идею. Это к нему на поклон должны явиться ормхеймцы. Не правящий же монарх должен идти навстречу мятежникам. В чём угодно.

— Я не задавал вам вопросов, — прожег обоих желчным взглядом новый правитель. — И мне плевать на Север, если они настолько тупы. Но я не верю, что такое возможно.

Что Север не признает твоего королевского величия? Ну да — это признак глупости. Как же иначе?

— Ваше Величество… — победоносный маршал повысил голос. А он у Тенмара после Альварена — в самый раз. Даже когда специально не повышает.

И Ревинтер чуть не застонал. Анри Тенмар всё еще воспринимает Виктора Вальданэ как мальчишку, сына Прекрасной Кармэн. Или как замену их драгоценного Грегори.

Но на надменного юнца они сами нахлобучили Золотую корону. Все вместе. И подарили ему огромную, обученную армию покойного Эрика. Всё простившую, кстати, — в отличие от далекого Ормхейма. За помилованье и прежнее жалование.

— У меня претензии не к вам, Тенмар, — поморщился величавый потомок великих Зордесов и Сезарингов. — Вы — вояка. Ваше дело — армия. И с ним вы справляетесь великолепно. Я спрашиваю своего канцлера: почему я только сейчас узнаю новости с Севера? Из официального письма с объявлением войны. О войне с Мидантией я тоже узнаю непосредственно от императора Евгения?

— Ваше Величество, в Бьёрнланде переворот. — Спасибо покойным Карлу и Эрику — терпение теперь у Ревинтера железное. — Мне ли вам объяснять, что это означает? И осмелюсь напомнить Вашему Величеству: пока в Эвитане творилась вакханалия, вести императора Евгения Мидантийского из нашей страны тоже были весьма и весьма обрывочны.

Монаршая длань крепко стиснула изящный бокал. Мидантийский хрусталь разлетелся вдребезги. На золотистый ковер. Сплошные брызги светлого вина и мокрого стекла. Чудом не задели Ревинтера. Но не Тенмара — тот стоит слишком далеко.

Молодой король так целился нарочно?

— И вы поверили тому, что он наплел на переговорах? Где, кстати, вас самого не было. Но даже если так —моя разведка имои министры должны работать лучше, чем министры Евгения Мидантийского. Я выразился достаточно ясно?