Из мертвых рук, ясно.

Эта лунная прогулка — дико странна. Нужно пройти спящим городом живых, чтобы выйти к тайной Тропе Мертвых. К одной из тайных Троп.

Яростный вопль, грубая мужская ругань, бешеный шум смертной драки.

Ирия ринулась туда. И опоздала.

Но не потому, что спасать больше некого. Есть кого.

Просто еще и есть кому. Кто подхватил рухнувшее знамя здесь.

Серый полумрак Лютенской ночи. Удивительно сырой для середины зимы воздух. Когда успел промчаться стремительный дождь? Пересек захваченный мертвыми змеями город и понесся дальше. Прочь.

Если встретишь Анри — передай привет, ладно?

Белых хлопьев снега Ирия уже не увидит точно. Как и невозможно далекого лета. Так пусть их встретят ее родные и близкие, договорились?

Холодные камни странно чистой мостовой промокли, пока Ирию обучала Дева-Смерть. Потому что на четыре лапы пленница Эрика приземлялась на абсолютно сухую землю.

Мечутся черные тени на серых стенах плотно запертых домов. Не спит ночной квартал почтенных ремесленников.

Стремительные тени насмерть бьющихся людей, острых клинков, коротких плащей. На черных камнях, на серой стене, в отражении бледной луны в случайной луже.

— Сопротивление, моя королева. Мои потомки и их друзья.

Она сама — потомок покойного Джека. Дважды покойного. И Изольды. А своими потомками михаилит называет товарищей по Ордену? Нынешних.

Других ему судьба не дала. А Ирии не подарит и таких.

— Запомни эту девушку. Она немало общалась с твоей сестрой. Ее зовут Дженни.

Спасибо, что упомянул. Настолько издали Ирия не отличит худощавую девушку от хрупкого юноши. Для такого нужно руку пожать. Как Лауре и Маргарите. Вторая наверняка на Севере, а где сестра Клода?

Только зачем запоминать — за час до смерти? Передать потом привет за Гранью?

— Где вы были раньше — с такой прорвой информации?

— Прежде ты не услышала бы меня.

— Почему?

— Была слишком живой.

Мило.

Ну и змеи с ним. И с нею.

А кем еще считать ту, что видит целый табор танцующих призраков? А до кучи угодила в лучшие ученицы к древней Деве-Смерти?

Пять теней торопливо озираются — плечом к плечу. Шестая — спасенный — жмется к кирпичной стене. Лунный луч скользит по совсем юному лицу.

И сереет десяток неподвижных тел на черной земле. Сырой.

Разошлись. Живые. Не верящий своему счастью мальчишка убежал. Ночные спасители растворились в привычной тьме. Еще кого-то спасать.

— Почему Ичедари еще в открытую не ходит по Лютене днем? Город еще тоже слишком жив?

Благодаря Сопротивлению.

— Вы угадали, моя королева. Хоть Сопротивление и Дева-Смерть сейчас на одной стороне.