Воцарилась тишина, но не та, убаюкивающая иллюзия, которая чуть не свела меня в могилу, а просто все вокруг стало тише. Я словно отстранился. Песня твари все еще звучала на плато, но до моего слуха этот смертоносный шедевр добрался в виде унылого, едва различимого «белого шума». Как назойливая жирная муха, бьющаяся в окно, не видя выхода.

Что же это получается, я теперь не совсем человек? Остается лишь гадать, как такая инвазивная история отразится на мне в будущем. Сейчас же дело за прагматизмом, благо, я вернул себе контроль над телом.

На оценку обстановки не было времени. На краю сознания я видел, что Варя сейчас полетит вниз. Но время беспощадно — свой последний шаг она уже сделала, ее правая нога провалилась в пустоту. Тело волшебницы, лишенное опоры, наклонилось вперед безвольной куклой.

Она не кричала, не пыталась ухватиться за воздух. Вот почему все эти кости раздроблены… жертвы падают вниз, подавая к обеду хорошую отбивную. И вот сейчас Варя тоже станет таким обедом — идиотская улыбка спящей красавицы не сходила с ее лица. Только я обрел иммунитет.

Ускорение!

Мир замедлился, став густым желе, вязким мутно-серым монолитом. Капли дождя в очередной раз стали похожи на застывшие слезы. Ветер стал утробным рыком природы. Я рванул вперед, отсчитывая в уме каждую миллисекунду. Острые металлические зубья кошек, надетых поверх моих сапог, с хрустом вгрызлись в сланец, выбивая белую искру. Всего десяток метров, она оторвалась от меня, пока Ренгу мне мешала, но я преодолею это расстояние меньше, чем за сотую долю секунды. Тогда поймаю.

В три прыжка я преодолел разделяющее нас расстояние. Чародейка уже полностью соскользнула с обрыва, а ее фигура в синем камзоле стремительно скрывалась в туманной бездне, уходя вниз по крутой параболе. Ускорение свободного падения, гравитация, бессердечная ты сука.

Стоя на ногах я не успевал схватить ее, потому, не раздумывая, просто бросил свое тело вперед, падая на живот. Скользя грудью по острым костям и мокрому базальту, я вылетел плечами за край обрыва. Рука, выброшенная вниз до предела, пушечным ядром выстрелила в направлении волшебницы.

Хвать!

Мои пальцы в латной перчатке намертво сомкнулись на вороте ее камзола цвета индиго. Когда-то, сейчас оно было окровавленным и грязным.

Тяжелый рывок веса без возможности за что-то ухватиться едва не потянул меня вслед за ней. Плечо выбило, раздался сухой, неприятный хруст в суставе. Боли не было. Зубья кошек взгрызлись в породу, не позволяя нам обоим соскользнуть. Варя повисла над бездной.

— Ыээээхх! — Вырвалось у меня утробно, и я потянул ее наверх, чувствуя, как лопаются сосуды в глазах. Сантиметр за сантиметром, напрягая каждую мышцу спины, плеч, ног, я вытягивал боевую подругу. Я упорно тащил ее, несмотря на заливающие глаза слезы. Боль в плече пришла позже, сначала я был как под нашатырем, но сейчас едва сдерживался. Тащил вопреки. И, наконец, когда второй рукой смог подхватить за ткань, одним мощным рывком затянул ее наверх, перекинув через свое бедро.