Хотя, с разложением когда-то очень давно тоже непонятка была. Сказано было про неорганические материалы, но это было пустословное ограничение. На девяносто девять процентов. Что, снятая шкура или кость перестали быть органическим материалом, как только были изъяты у ранее живого существа? По сути, можно было попробовать использовать разложение по живому и потерпеть неудачу, затем умертвить объект, и тогда бы все заработало!

Вероятно, для инициированных, вроде нас, это слишком высокая и далекая от нашего ограниченного разума материя. Нет, я не про вещи. Про душу.

В любом случае, навык без соответствующей школы бесполезен, потому я быстро исправил эту досадную оплошность, приобретя школу прорицания как одну из своих многочисленных школ навыков.

И, как только покончил с интерфейсом, обратился к все еще ожидающему напротив парню.

— Кажется, получилось. — Кивнул я и, дабы совершить сделку до конца, передал ему серое ядро. — Спасибо, ни я, ни фракция этого не забудем.

— Проверишь? — Нетерпеливо заерзал Егор, спрятав ядро в инвентарь.

— А, кстати. Ты какого там уровня? — Вдруг опомнился я

— Восьмой, шеф. — Ответил он нейтрально.

— Докинул тебе три сотни, бери девятый. — Кивнул я. — Чтобы сразу мог понять, что получишь.

Парень просиял. Он-то, грешным делом, думал, что бонус серого ядра будет мариноваться с ним еще долго, когда теперь представится шанс выйти в застенье и поохотиться на тварей, а оказалось, что награда за самопожертвование куда ближе, чем ему казалось.

— А теперь и правда, надо попробовать. — Озвучил я намерение и сосредоточился.

Прикрыв глаза, я вновь вызвал из памяти образ искомого говнюка. Его колючий взгляд, шрам на щеке, глубоко посаженные глаза с черными кругами и ксантомами над веками, желтые такие мерзонькие бугорки. И активировал только что полученный навык.

Необычное ощущение. Из района солнечного сплетения вдруг вырвался лучик, или ниточка, но нечто явно нематериальное. Оно постелилось прямо у моих ног нитью, и убежало далеко за пределы лагеря, скрываясь в ночи. Все как он и говорил, когда мы вдруг решили поискать Ренгу — это не компас, не две точки соединенные одной линией, а полномасштабный путь к цели. Джипиэс, если изволите.

— Сработало. — Удовлетворенно кивнул я. — Слушай, покажи-ка свою карту. Самую свежую, какая есть.

Парнишка держался изо всех сил и не повышал уровень, ожидая развязки нашего небольшого магического эксперимента, который начал давать плоды. Вняв моей просьбе, он на миг погрузился в ячейки инвентаря и вынул из него сверток.

Еще один его навык, бесспорно, крайне полезный, это картография. Он магическим образом фиксировал на бумаге с идеальной топографической точностью все места, где он побывал. И, надо признать, преуспел! Весомая часть нашего нового, западного полигона, была закрашена.