Вторым интересным объектом оказалось что-то вроде местного дворца какого-то, что ли… Огромное отдельно стоящее здание в виде параллелепипеда, увенчанного дутым куполом — будто кто-то сверху положил огромную конфетку «Родные просторы». По углам здания высились тонкие, будто игрушечные, башенки, с такими же, только маленькими, куполами на вершинах. Стоял этот дворец на самой настоящей площади и явно был каким-то важным зданием. Может, и правда дворцом здешнего короля, или кто тут у них управляет страной. Я был не в курсе, а спрашивать у Торы не хотелось. Говорить вообще не хотелось. Каждый раз, когда я открывал рот, он моментально пересыхал.

Фляги опустели больше чем наполовину. Учитывая, что каждая из них была на добрых полтора литра, а пили мы совсем по чуть-чуть, наверное, это все же значило, что мы прошли немало. Воды оставалось, по сути, только на обратный путь. Хах, никогда бы не подумал, что буду экономить воду в городе!

Я протянул руку и тронул Тору за плечо. Она медленно, будто через силу, обернулась, я покачал флягой, надеясь, что она меня поймет.

— Сейчас. — тихо, едва слышно, пробормотала Тора. — Туда дойдем… И обратно.

Я поморщился — все же придется открывать рот.

— Куда?

Вместо ответа Тора ткнула пальцем куда-то вдаль. Я проследил взглядом и наткнулся на что-то темное, перегораживающее нам дорогу где-то квартала через три. В общем-то, даже если бы не решение повернуть назад, дальше этой темноты мы бы не смогли пройти. Интересное, что это? Для крепостной стены слишком низкое…

Но это все же оказалась стена — правда, не крепостная. Не такая высокая, явно не такая прочная — высотой в полтора моих роста и сложенная не из подогнанных один к одному камней, а будто бы из первых попавшихся под руку булыжников. Вся неровная, бугристая, с окаменевшими подтеками раствора…

И абсолютно черная.

В городе, в котором все было предсказуемо-светлых, отражающих губительный свет, оттенков, стена цвета ториных волос просто не могла существовать.

Но она существовала. Мало того — она существовало не только там, где стояли мы, но еще и тянулась влево и вправо, сколько глаз видел. Она натурально скрывалась за горизонтом, будто бы разделяя город на две части.

А еще над ней плясал черный туман. Самые верхние камни стены как будто ежесекундно испарялись, как сухой лед на сковородке, и клубился и клубился непроницаемо-черный газ, будто пытаясь стечь по вертикали стены, но будто бы не в силах это сделать. Словно стена тут стояла только для вида, а реальным препятствием выступал невидимый силовой барьер, неприступный даже для газа. Даже для этого потустороннего.