— И враги эти вырвались на волю, — мрачно докончил Робин. — Угу, точно. Мы едва-едва Обетованное от них отстояли.

— У меня нет бесчисленных армий, — развёл руками Фиделис. — Слово — моё оружие, прости за банальность. Да, я могу упокоить мертвяка. Одного — не всех в округе и уж, конечно, не во всём Хьёрварде. Смертные должны сделать это сами. За них не сделает никто — нет столько «настоящих чародеев» поблизости. Нет такой силы, что и впрямь «защитит и спасёт».

— Оставим этот спор, — глухо выговорила Айвли. — Мне нужна помощь, лекарь. Богу Хедину нужна помощь.

— Как же я могу ему помочь? — Фиделис вздохнул с искренним огорчением. — У нас есть куда более срочные дела. Спаситель заперт, но…

— Ты очень хорошо его запер, — прервала лекаря альвийка. — Неупокоенные будут, но ты прав, нельзя гоняться за каждым из них. Идём, прошу тебя, идём!

— Куда?

— К храму великого Хедина. Ты ведь собирался учить, коль «слово — моё оружие», так? Вот и будешь учить по дороге. А ходячих скелетов на всех хватит, помяни моё слово.

— Что скажете, друзья? — Фиделис взглянул на половинчиков. — Вы, как-никак, ученики того самого бога Хедина.

— Я бы согласился, — медленно, осторожно ответил Фредегар. — Хоть и не верю, что Аэтерос мог бы куда-то… пропасть. Но, в самом деле, досточтимый — ты собирался учить по градам и весям Хьёрварда — так не всё ли равно, куда именно мы направимся сначала? На пути нашем хватит селений. Да и погостов — почтенная оружейница права. Я бы доверился ей.

Роб молча кивнул.

— Хорошо, — не стал спорить и лекарь. — Слово звучит там, где звучит. А мертвяков — вы правы — на наш век хватит.

* * *

Путь от окрестностей Хедебю до гор, где притаился тот самый полутайный храм великого Хедина, был не слишком близок, да и спешить у путников не получалось.

Потому что сила заточённого Спасителя и в самом деле растекалась по окрестным землям, подобно незримому яду.

И очередной разупокоенный погост им встретился уже через день.

Сперва заполнился бегущими перепуганными селянами тракт; кто-то рыдал, кто-то трясся, кто-то кое-как придерживал сваленное на возы добро и посаженных сверху детей.

Все бежали. Никто и не думал драться.

— Сто-ой! — оказалось, голос у Фиделиса может звучать и сильно, и даже грозно. — Стой, люди добрые! От чего бежим, что за беда впереди?

— Мертвяки! — рявкнул прямо в лицо лекарю здоровенный — косая сажень в плечах — бородач. — Из могил повылазили! Хельгу малую порвали! И ещё Олафа, и Канута и ещё…

— И вы бежите? — подала коня вперёд альвийка.

— Порвали ж, грят тебе! — поддержал бородача другой мужичок — низенький и лысый. — И всех порвут, коль не утечь!..