— Пора начинать, — проговорил Хаген. Проговорил на родном языке, языке матери Свавы, языке Восточного Хьёрварда и деревушки Йоль.
— Пора заканчивать, — ровным, глубоким голосом возразил воин. Спокойствие его являло разительный контраст с мокрым от пота лицом и подрагивающими руками.
Хединсейский тан покачал головой.
— Плохо быть инструментом,хьёрмадр.6
Воин не ответил. Острие меча гуляло из стороны в сторону.
Страх плескался в глазах, животные страх и желание жить.
Инетрумент или не инструмент, он по-прежнему боялся смерти, пусть и не первой по счёту.
— Мне тоже жаль, поверь, — тан размахнулся.
— И мне жаль, — последовал ответ. — Я так же мёртв, как и ты.
Выпад. Куда быстрее, чем ожидал Хаген, и память неприятно, болезненно колыхнулась — Бран Сухая Рука и их последняя схватка на Хединсее.
Голубой Меч отбил эту атаку, отбил и две последующие, но ученику Хедина пришлось отступить на шаг.
Упрямство и гордость колыхнулись в груди, заставили прорычать что-то гневное. Воин вновь заставил Хагена отступить, и тот понял — здесь убивать этого врага нельзя, только там, чуть дальше, чтобы две кровавых черты замкнулись бы, наконец, в одно целое.
Тут хединсейскому тану пришлось пустить в ход всё своё искусство. Воин молча и яростно отмахивался, но с такой силой, что каждая встреча клинков отзывалась во всём теле Хагена острой и мучительной болью, словно молния пробивала его насквозь от кисти до пяток.
Последний шаг не может быть лёгким.
Фигура будет завершена, и долг его, Хагена, перед Третьей Силой — исполнен. Впрочем, он ведь в их полной власти, Орла и Дракона, и что взбредёт им в головы — кто знает?
Кружат, мерно взмахивают в искусственных небесах белые крылья, Демогоргон ждёт.
И точно так же ждёт Сильвия.
ГЛАВА 7
Ракот Восставший, Хедин Познавший Тьму
— Ассгард, владыка? Никогда не ссслыхала.
— И я, и я тоже! — пропищал странным своим голосом Билихос.
— А я слыхала, — подбоченилась Рудиа, сверкнув фиолетовыми глазами.
— Тёмные, — проворчала Сова, шагавшая по другую сторону от Ракота, с поистине стоической выдержкой не обращая внимания на не слишком любезные взгляды Тёмных. — Ничего не слышат, ничего не знают. Наверное, и про Боргильдову битву не слыхали? Когда Молодые Боги только-только явились в Сущее? Прятались, небось, ты — в болоте, — она ткнула пальцем в бегемотоголового Древнего, — ты — в барханах…
— Отродясь не пряталась в барханах! — возмутилась змеедева, на которую теперь указывал обвиняющей перст Светлой.
— Неважно, — отмахнулась та. — Асы — семейство Древних, кто до конца стоял против Ямерта и его присных. Кто вышел на великую битву, собрав всех, кто пожелал биться рядом с ними, а таковых сыскалось немало. Увы, кончилось это печально…