Чуть сложнее с выпиской из церковно-приходской книги. Но у меня есть человечек, который за мзду малую подправит пару буквочек и одну циферку. И сразу поменяется весь смысл. А главное — сновав документах оживает маркиза Ратманова. Никаких иных свидетельств не останется. Единственно с чем у меня не получится разобраться — так это с духовной консисторией. Нет у меня таких связей среди церковников. Нужно падать в ножки великой княжне.

В тот же вечер я написал слёзное письмо Катиной благодетельнице. Просил об аудиенции, вопрос жизни и смерти. Благо у меня было, через кого его передать.

Ответ принесли утром, великая княжна сегодня страшно занята, но ради любимой фрейлины согласилась встретиться со мной на бегу.

В начале первого по полудни я подъехал в Хамовники, где минут двадцать ждал прибытия её кареты. А когда экипаж с узнаваемым гербом на дверце остановился, я быстро подошёл ближе.

Из кареты выскользнула женщина средних лет и приглашающе махнула мне рукой.

Внутри тепло, великая княжна с любопытством смотрит на меня. Не может взять в толк, что у нас случилось:

— Граф, ну не томи уже меня. Что произошло? Катенька заболела? Она не вышла на службу с утра.

— Нет, то есть да, вернее не совсем… — так, соберись тряпка. Сейчас не место и не время для твоего заикания. Но как трудно это делать, когда на расстоянии вытянутой руки от тебя сидит эта опытная и битая жизнью тётка. Она таких как я пяток на завтрак ест, опыт выживания в агрессивной среде громадный. Иначе не возглавляла бы один из сильнейших кланов в окружении императора.

Врать ей глупо, срисует моментально и тогда будет ещё хуже. Поэтому дадим дозированную информацию, разве что чуть подправим вектор.

Как можно короче я рассказал о некоторых щекотливых обстоятельствах, которые заставили великую княгиню задуматься.

— Ясно, и что же вы граф собираетесь предпринять?

— Ваше Императорское Высочество, в церковной книге случится небольшая поправка и ничего доказать уже будет невозможно. Об этом я позаботился. Единственно что — дело вышло на уровень консистории Священного Синода. А там я не имею нужных связей.

— Ну, тут я пожалуй смогу помочь. Архимандрит весьма чуткий человек и мы с ним знакомы много лет. Думаю он закроет это дело. Вы мне лучше скажите, что сами думаете обо всём этом.

Пришлось выдержать нужную паузу. Чтобы обозначить тяжёлый процесс раздумывания, но не слишком долгий, дабы не злоупотреблять её терпением, я продолжил:

— Ну, та старая родственница покойного генерала собиралась прибрать к своим рукам старый московский особняк. Её интерес понятен. Но меня не оставляет настойчивое ощущение, что кто-то за нею стоит. Достаточно сильный и влиятельный. Ну не могла старуха из глухой провинции так быстро раздуть это дело. Что дошло до церковников. Мне кажется, что удар направлен не совсем на мою супругу.