— Ну и что здесь происходит?

Никто не ответил, а Ева разгладила перед собой какой-то лист, видимо, с повесткой и сказала звонким от волнения голосом:

— Собрание участников общества объявляю открытым. Ведет собрание управляющая, то есть я. Протокол ведет юрист общества.

— Веду, — подтвердил Наиль.

Перед юристом был раскрыт ноутбук, рядом лежала стопка папок с документами, и вид Наиль имел самый торжественный.

— В повестке один вопрос, — продолжила Ева. — Структура управления. Внесен по требованию инвесторов. Слово…

— Позвольте мне! — Виталик вскочил, постучал ручкой по графину, хотя нас за столом было семеро, и никто не шумел, и выложил на стол телефон размером с лопату. — И у нас, между прочим, тоже юрист на связи. Левин Роберт Исламович… э-э… наш юрист.

Мы с Михалычем синхронно фыркнули, услышав такое необычное сочетание, а Ева повела ладонью: прошу, мол. Из телефона Виталика с нами поздоровался мужчина и назвал себя такой скороговоркой, что я разобрал только «…ович, консалтинговая группа».

— Очень приятно, коллега, — вежливо отозвался Наиль. — Консультируйте на здоровье. Но замечу, что протокол все равно веду я.

Ну что ж, консалтинговая так консалтинговая. Плевать. Мне уже было все понятно, потому что в прошлой жизни я высидел столько ученых советов, что этот спектакль узнал с декораций: сначала долго и красиво будут говорить про интересы дела, а потом коротко и некрасиво проголосуют про деньги.

— Значит, смотрите, что получается, — начал Виталик, оправив тщательно отчищенный от вчерашней сметаны пиджак. — Мы тут с коллегами посчитали. Инвесторами в проект вложена огромная сумма. Живыми деньгами, прошу заметить. А что вложил господин Епиходов, кроме каких-то копеек, выплаченных им якобы из своего кармана своим же, замечу, кадрам? Какие-то мифические методички покойного академика с непонятной оздоровительной программой. То есть вклад, прямо скажем, нематериальный.

— Ага, — согласился я и отхлебнул чаю. — Нематериальный.

— Вот! — обрадовался Виталик. — Он и сам признает! А управляет при этом всем санаторием единолично. Где справедливость, я вас спрашиваю? Поэтому предложение первое: перераспределить доли пропорционально реальным денежным вкладам.

— И назначить управляющего с опытом в индустрии! — взвизгнула Фарида Равильевна, дернувшись своим массивным телом так, что скрипнул стул. — У меня, чтобы вы знали, три салона. Персонал — сорок человек. Я эту кухню изнутри знаю: СПА, обертывания, массажные линейки, абонементы. Из этой богадельни можно сделать приличный оздоровительный курорт. Дачу здоровья. Но для этого отсюда надо убрать лишнюю медицину и лишних… — она повела рукой в сторону окна, — постояльцев. Приличную клиентуру не повезешь туда, где по коридорам шатаются алкоголики.