— И это обязательно нужно сделать! — горячо доказывал мне Елисей. — Ты же сам понимаешь, показатель устойчивости эритроцитов лучше всего характеризует энергетический дефицит клетки!

— Послушай, Елисей, — покачал головой я. — Да, показатели устойчивости эритроцитов могут косвенно отражать повреждение мембраны и нарушения метаболического состояния эритроцита, но не являются специфическим или лучшим маркером энергетического дефицита клетки…

— Сыночек! — вдруг издали услышал я и осекся на полуслове.

Оглянувшись, я увидел, что прибыл первый десант из Казани. Из машины выбрался отец Сереги и, довольно улыбаясь, одобрительно закивал, оглядывая территорию санатория:

— Эвона как! — крякнул он, потирая руки. — Кто бы мог подумать? М-да, дела-а…

Вера Андреевна тоже вышла из машины и аж всплеснула руками:

— Сереженька! Я, конечно, тысячу раз от тебя про этот санаторий слышала. Но чтоб настолько… кто бы мог подумать…

Сзади хлопнула дверь, и из автомобиля выбралась Маруся. Вид у нее был донельзя понурый, так что мое отцовское сердце дрогнуло. Но как бы ни хотелось броситься к дочери, по традиции пришлось сперва обнять мать Сереги, потом отца — и только затем я подошел к Марусе.

— Ну, как ты? — тихо спросил я, вглядываясь в ее лицо.

— Нормально, — вздохнула она, пытаясь бодриться, но по покрасневшему носу и потухшим глазам было видно, что нормально там далеко не все.

— Давайте выгружаться! — велела деловитая Вера Андреевна, чтобы отвлечь всех от грустных мыслей.

Глянув на багажник, я уважительно присвистнул — машина аж прогибалась от барахла.

— Ого, — сказал я. — Эк вы нагрузились, товарищи.

— Да это не мы, — хмыкнул Серегин отец. — Это Маруся с вещами приехала.

Маруся отстраненно пожала плечами:

— Не вышло оставить вещи в гостинице. Подумала — может, перееду к тебе, поживу немного, если ты, конечно, не против.

— Конечно, не против, — сказал я и, увидев рядом мужиков из бригады, кивнул: — Ребята, помогите, пожалуйста, перетащить вещи. А вы все идите в центральный корпус — там Александра Ивановна или тетя Нина покажут вам комнаты. Маруся, я страшно рад, что ты приехала. И хватит уже киснуть — все наладится, гарантирую. Вот увидишь.

Маруся кивнула мне из вежливости, но мысли ее сейчас были далеко-далеко.

Когда мы с парнями перенесли последние баулы и я вернулся в главный корпус, то обнаружил, что все уже отлично устроились.

— Устала с дороги? — спросил я Марусю.

Ответить она не успела — к ней бросился Сашка, как раз входивший в дверь:

— Маруся! — в радостном изумлении закричал он. — Ты тут!

— Сашка! — обрадовалась она, и они принялись обниматься.