Скинул халат. Только потянулся за бельём, как шестое чувство кольнуло в спину. Развернулся. Игла уже скользнула между пальцев… И замер.

Ольга застыла в дверях, её щёки залил румянец. Взгляд девушки был прикован к моему телу, губы приоткрылись в немом изумлении.

— Дура! — процедил сквозь зубы. — Я мог тебя убить! Говорил же не заходить без стука.

— Я… — она попыталась отвести взгляд, но глаза снова возвращались. — Простите меня…

— Чего хотела? — потянулся за бельём, натягивая его.

— Одну вещь, — голос девушки дрожал. — Обещайте, что ничего не скажете в ответ и не будете злиться.

— А? — приподнял бровь.

— Ещё закройте глаза! Прошу… Это важно.

— Ты шутишь? — усмехнулся. — Странная просьба.

— Я принесла вам клятву крови и ничего не сделаю. Вы сами знаете. Просто… Это очень важно! — Ольга прикусила губу.

Покачал головой и прикрыл глаза. Проще согласиться, она ведь не отстанет. Услышал лёгкие шаги. Тёплое дыхание коснулось лица, а потом мягкие губы несмело прижались к моим. Неуверенный, робкий поцелуй, словно прикосновение крыльев бабочки.

— Не открывайте глаза, — прошептала девушка. — Вот, что я хотела сказать.

Торопливые шаги, скрип двери:

— Простите! Простите! — пронеслось следом.

Провёл пальцами по своим губам, улыбаясь. Это было… приятно. Если бы не куча мыслей, задач и проблем, возможно, я бы ответил.

Снова стук в дверь. Неужели вернулась?.. Нет, слишком смущена. Это всего лишь слуга, который принёс мне форму охотников и аккуратно положил её на стул возле входа… Одежда легла на тело как влитая. Карманы один за другим наполнялись иглами. Каждая на своём месте, чтобы в нужный момент скользнула в пальцы без задержки. Оружие от «чудо-ёжиков» таяло, как снег весной, нужно будет раздобыть новое. Я взвесил в руке клинок из когтя водяного медведя. Металл тускло блеснул, словно живой. Лезвие привычно легло в ножны.

Отражение в зеркале показало собранного охотника, готового к бою. Только в голове крутились вопросы без ответов: «Что ждёт в ночном лесу? Кто решился бросить вызов?..» Отсутствие плана царапало сознание, как заноза.

Собравшись, я вышел в коридор, прислушиваясь к каждому звуку в особняке. Спускался вниз, ступени лестницы поскрипывали под ногами.

Снаружи два отряда застыли в ожидании. Стволы ружей сверкали в свете фонарей. На лицах бойцов застыла сосредоточенность, решимость. Взгляды буравили тёмную стену леса.

— Господин! — Витас шагнул ближе, его пальцы машинально легли на рукоять меча. — Я пойду с вами.

— Нет, — качнул я головой, наблюдая, как напряжение отражается на лице Лейпниша. — Ты останешься здесь. Уверен, что понимаешь всё сам.